Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Переведи её в другую группу, иначе у тебя станет на одного адепта меньше.

Отец откинулся на высокую спинку жёсткого стула и задумчиво постучал пальцем по подбородку.

— Литори... Клео, если не ошибаюсь.

Я остановился напротив него и сложил руки на груди. Наши взгляды скрестились. Каждый раз в разговоре с отцом я чувствовал себя так, словно мы вели незримый поединок. Клинки звенят, выпад, защита, выпад в ответ и так бесконечно: кто кого победит!

— Высокие оценки в зельеварении, успешные опыты с заклинаниями… — медленно проговорил отец, не сводя с меня глаз.

— Стихийные всплески магии, — тут же парировал я.

Отец с интересом наклонил голову и прищурился.

— Об этом не упоминается в её документах. Откуда ты знаешь? — в его голосе прорезались повелительные нотки.

Только я открыл рот, чтобы рассказать о нашей встрече, как тут же захлопнул его и прикусил язык. Говорить отцу, при каких обстоятельствах было повреждено моё крыло, в планы не входило.

— Девочка никогда не была в столице… Не выезжала из своего города… Значит…

— Почему ты сказал, что Тай Юнг Хо пробудет с нами не весь год? — быстро перевёл тему.

Отец хмыкнул, оценив манёвр, и встал из-за стола. Заложил руки за спину, неспешно пересёк кабинет и встал рядом с окном. Помедлив, поднял руки и резким движением распахнул сразу обе оконные створки.

Прелый, осенний воздух радостно хлынул вглубь кабинета, заполняя собою каждый закуток. Отец сделал глубокий вдох и очень медленный выдох.

— Тай Юнг Хо младший сын императора пограничного с нами Тэнсё Аомори, — сказал он, глядя на верхушки деревьев, что много веков назад были высажены первыми адептами Академии.

— Это я знаю.

Отец захлопнул окно и вернулся к своему столу.

— Он дипломатический заложник, — невозмутимо продолжил он, — как только наши государства договорятся, Тай вернётся домой. Он сам выбрал нашу Академию и тебя в качестве куратора.

— Меня? — удивился я.

— Мальчик — твой фанат, — пожал плечами отец, — впрочем, как и многие адепты.

Дверь в кабинет чуть слышно скрипнула, и на пороге во всей своей рыжей красе нарисовался самый молодой магистр.

— Тебя не учили стучаться? — снова завёлся я. — Сгинь, Ферно!

— Мне назначено, — иронично приподняв бровь, сообщил мой бывший однокашник, — и я не призрачная дама, забыл? На меня твой рык не действует.

— Мы закончили, Александр, — сказал отец. — Я не буду менять состав твоей группы. Иди работай.