Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Верните мне телефон. Тот, который стоял у меня в конторе. Тот самый, без диска.

The mayor looked at Hiram.

“No, I won't,” said Hiram. “I won't give it back to him. He's done harm enough already.”

“Hiram,” said the mayor.

“Oh, all right,” said Hiram. “I hope he chokes on it.”

Мэр поглядел на Хайрама.

— Ну, нет, — заявил Хайрам. — Не отдам я ему этот телефон. Он уже и так здорово напакостил.

— Хайрам, — только и сказал мэр.

— А, ладно, — буркнул Хайрам. — Пускай подавится.

“It appears to me,” said Father Flanagan, “that we are all acting quite unreasonably.

I would suggest we might take this entire matter up and discuss it point by point, and in that way...”

A ticking interrupted him, a loud and ominous ticking that beat a measure, as of doom, through the entire house. And as I heard it, I knew that the ticking had been going on for quite some time, but very softly, and that I'd been hearing it and vaguely wondering what it was."

"— Мне думается, все мы поступаем весьма неразумно, — заговорил отец Фленеген.

— Я предложил бы обсудить все, что произошло, спокойно и обстоятельно, по порядку. Только таким образом можно было бы...

Его прервало тиканье — громкое, зловещее, оно разносилось по всему дому, словно отбивая такт шагам самого рока. И тут я понял, что тиканье это началось уже давно, но сперва оно было тихое, чуть слышное, и я смутно удивлялся — что бы это могло быть.

But now, from one tick to another, it had grown loud and hard, and even as we listened to it, half hypnotized by the terror of it, the tick became a hum and the hum a roar of power.

We all leaped to out feet, startled now, and I saw that the kitchen walls were flashing, as if someone were turning on and off a light of intensive brilliance, a pulsing glow that filled the room with a flood of light, then shut off, then filled it once again.

А теперь, от удара к удару, оно становилось все громче, резче, и пока мы слушали, оцепенев, ошеломленные, испуганные, тиканье переросло в гул, в мощный рев.

Мы в страхе повскакали на ноги, в раскрытую дверь видно было: стены кухни озаряются и гаснут, словно там то включают, то выключают слепящие фары, — комнату заливал нестерпимо яркий свет, на миг погасал и вспыхивал вновь.

“I knew it!” Hiram roared, charging for the kitchen. “I knew it when I saw it. I knew it was dangerous!”

I ran after him.

“Look out!” I yelled. “Keep away from it!”

— Так я и знал! — взревел Хайрам и кинулся к двери.