Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Что все находятся в медсекции? Ходил один среди тренажёров, и мне было дико одиноко. Хотелось хоть с кем-то поговорить и обсудить пришествие.

— Да идут они все!

Громко высказал всё что о них думаю, отправился на летный тренажёр. Стрелять мне совсем не хотелось. Наверно настрелялся в живую. Вот только когда я зашёл внутрь тренажера, ко мне пришло осознание, что я недавно убил восьмерых разумных. При этом ни один из них мне ничего плохого не сделал. Просто пошёл и сделал. Переступил через невидимую черту и открыл счёт убийствам.

Ведь мне никогда не приходилось никого убивать. Странно, но совесть меня совсем не мучила. Такое чувство было, что это был не я, а кто-то другой. Какая-то машина в моём лице, а не человек. Может меня Док так обработал? Нужно будет понаблюдать за собой, какая-то у меня странная реакция. Единственное объяснение этому было одно, что меня посчитали опасным и вкололи сильное успокоительное. Похоже, Док не хотел ещё одной пробежки по летной палубе. В этот момент началась процедура подготовки к полёту, и я с желанием погрузился в иллюзию полёта.

Надо же, я здесь остался не один. Когда вышел с тренажера, на палубе находилось трое абордажников. Похоже их, как и меня, недавно выпустили из капсул. Одним из них был Крис. Жив! Я искренне был рад его видеть. Парни обсуждали между собой кому и куда прилетело.

Быстро выяснилось, что по их понятиям мы считались легкоранеными. Хотя у меня была практически отстрелена одна рука. Всё плечо, часть груди и спины отличались по цвету кожи.

Кожа в этом месте была нарощена заново. Никаких болевых ощущений не было. Всё было как прежде. Парням тоже досталось кому в ногу, кому руку. В общем, всем неплохо досталось. Зато от их дружеского одобрения у меня завтра вся спина будет синяя. Здесь была классная медицина. Повоевал в капсулу и снова как новенький.

Вернувшись в каюту решил узнать есть ли запись моего боя?

— Искин.

Голограмма появилась.

— Скажи, сохранилась запись моего боя?

— Запись отсутствует. Камеры были в повреждены во время абордажа и записи не было.

— Мой статус на момент боя?

— Временный военнослужащий.

— Значит мне должны полагаться какие-то денежные выплаты?

— Конечно зарплата, боевые и трофейные. Вся сумма будет посчитана и перечислена по возвращению на базу.

— Вот это совсем не плохо. Хотя бы какие-то местные деньги.

— Меня завтра не будить! Слышала?

— Подтверждаю.