Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ай да Аттика! Ай да молодец! Но из соперников выбыл только один, так что они сошли с дистанции, и последние начали снова, с начала.

Соперники свои ошибки учли, но «чинить» тот же вулкан они уже не могли, а новая четверка тоже насмотрелась на правильные решения. Оставался последний этап — водопад, из которого нужно было выйти сухими. Капрал Безер, который в последней четверке был явным лидером, слегка растерялся. Да-да, нужно перекрыть как-то воду или хотя бы разделить ее на потоки, но для этого нужно несколько аэромантов, а где их взять? Он попытались прорваться, но — увы! — этим и окончили игру.

А ведь можно было сообразить земляной зонт или отвести воду в сторону! Но я подудела в дудку, все отправились на обед, а после обеда и отдыха команды поменялись местами.

Поначалу накал страстей был не тот, все-таки ощущение новизны ушло. Но уже по мере того, как первая четверка пробиралась через грязевой поток, все вернулось на круги своя. Задания были разными, решения тоже, еще был мостик с подвохом — как только на него ступили, он тут же развалился, потому что держался на соплях, то есть на глине.

Надо сказать, что эти устроители препятствий подошли более изобретательно, потому что препятствия были не такими явными, зато более коварными. Кроме мостика, это была пещера с ветром, ледяное озеро, причем подстроено было все так, чтобы четверка лишилась до того геоманта…

— Все огромные молодцы! — заорала я, даже не подумав подсчитать очки у каждой команды.

Это не было целью, в конце-то концов. — И знаете что? У нас ничья! Я вами горжусь! Мы на многое способны, но будем способны еще на большее! А после праздничного ужина у нас — танцы!

Зачем я решила это устроить? Не знаю, наверное, вспомнила, что в кино танцы были прям самым-самым. Но это там, в моем мире, где все эти обжиманцы были частью социальной игры. Здесь все подтягивались, подпевали музыке, которая неслась из старого граммофона, шутили, смеялись, танцевать никто и не подумал…

— Опять этот звук, — сказала Аттика.

— А? — нехотя обернулась я.

— Ну, помните, лейтенант? Тот самый. Который был тогда в лесу. — Вопреки привычке, Аттика даже не вопила. — После него еще морлок испугался и удрал. Помните?

А… ну да. Испугался, точно. Аттика совершенно права. Но я ничего за смехом и музыкой не слышала.

Или все-таки слышала? Если сосредоточиться, отстраниться от ближайших звуков, то, кажется, это он. Тот самый свист.