Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Особенно когда на него прёт толпа вооружённых и озлобленных людей, а сил на защиту не хватает.

Да, японские лидеры попытались нас обмануть. Конечно, половина японцев и вправду была в их «миролюбивой» группе… Вот только они забыли сказать, что там и десяти процентов их армии не наберётся.

Короче, пропустив их на юг, никакого преимущества мы бы не получили. И да, «миролюбивые» японцы не собирались вечно быть нашими вассалами. Я это теперь понимал чётко. Мы для них были чужаками — и таковыми и остались. Всё, чего они хотели — нашими руками избавиться от самых агрессивных земляков.

А потом, видимо, собраться с силами, нарастить жирок и ударить по нам.

Можно было бы им подыграть… А затем, показав все преимущества дружбы с Алтарным, закрепить их в статусе союзника. Вот только какой в этом смысл? Такой союзник порой бывает хуже открытого врага…

Я полностью поддерживал решение Иваныча — отказаться. Пусть разбираются между собой, пусть убивают друг друга… Жестоко? Так и они не белые овечки, жевавшие по пути сюда только травку.

Судя по тем сведениям, которые мы получали от переселенцев с северо-востока, японцы были мясоедами, если не сказать хуже — кровопийцами.

И пусть их общество состоит из самых разных людей… Но ведь жестокость по отношению к местному населению никого из них не вынудила отделиться. И даже сейчас на разделение их сподвигла не жестокость своих ястребов, а жёсткость наших ответов.

Они просто испугались.

И всё-таки я считал, что у каждого должен быть шанс… Просто это должен быть шанс не для сообщества в целом, а для каждого отдельного человека.

И я не ошибся! Не прошло и часа, как в нашу сторону по реке поспешили два человека — мужчина и женщина. А следом появился ещё один мужчина.

А потом люди начали массово пересекать реку. Именно так, как я им и предлагал. Парами или по одиночке. Почти все шли налегке, прихватив только снегоступы. Те, правда, стопроцентной гарантии от провала в снег не давали, но людей это не останавливало. Некоторые шагали, утопая в снежной массе аж по колено.

Лишь бы дойти."

"— Не стрелять! — приказал Кукушкин, отправляя посыльных по отрядам.

Все беглецы порой нервно оглядывались назад, но японский лагерь, похоже, ещё не заметил их массового исхода. И только когда первые двое пересекли реку и начали объяснять нашим бойцам, что они беженцы — только тогда в японском лагере началась какая-то нездоровая суета.

Но было уже поздно… К этому моменту по льду реки бежали сотни людей.