Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Её наверняка настигнут и прикончат, и, хорошо, если удастся умереть, сражаясь. А есть вариант гораздо менее привлекательный. Её могут схватить, и подвергнуть мучительной и унизительной казни, к которой она и так была уже приговорена…

Значит, надо решаться. Любая неизвестность, пусть даже таящая неисчислимые опасности, будут заведомо лучше, чем неминуемая казнь. Казнь мучительная и позорная.

З’ара-нин встряхнулась. Теперь она знала, что нужно делать. Долой нерешительность! Настало время действовать!

Но, тут возникает неожиданная трудность.

Теперь убивать никого нельзя. И лучше, если ей удастся и не поранить никого — тогда будет гораздо легче договариваться.

И, при этом, необходимо прорваться в портал, в надежде на то, что там её не станут с ходу уничтожать… Но, что делать, в любом деле есть некоторые риски, а в таком — уж и подавно.

Решено. Надо будет туда просто втолкнуть свою оппонентку. При этом не поранить её, да и самой об неё не пораниться, а то вон она как резво ножиками своими крутит.

Так и норовит пырнуть в бочину, кошка драная…

З’ара-нин сконцентрировалась. Сейчас ей необходимо уплотнить защитное поле, чтобы оно отражало не только предметы, стремящиеся на скорости преодолеть барьер, но и вообще всё, независимо от скорости.

То есть теперь барьер отталкивал абсолютно всё. Готово!

Теперь, спрятать мечи, ранить эту мелочь нельзя. Так… Ну, поехали…

Она прыгнула вперёд. Поле отклонило мечи противницы, а сама она, будто пёрышко, взлетела над землёй и отправилась спиною вперед в портал.

Есть!

Теперь, пока остальные не очухались, прыгаем следом…

Замкнутое помещение. Непривычный свет. И множество инопланетян. Вон и противница её, с мечами наизготовку.

Всё вокруг непривычное, чуждое…

И тут З’ара-нин ощутила, как из глубин её естества поднимается страх, страх необоримы, первобытный, всепоглощающий.

Она, не помня себя от нахлынувшего вдруг ужаса шмыгнула в какой-то простенок, и, оскалившись, словно перед смертью, выставила перед собой мечи.

Последние свои хлипкие аргументы в споре с преследующей её смертью…

В портальном бункере, к моему удовольствию, было относительно спокойно. То есть, никто не прыгал, железом не гремел, не орал дурным голосом и не пытался разнести тут всё вдребезги и пополам.

А чертовка, так ловко прорвавшаяся в наш мир, забилась в угол, и жутко скалилась, выставив вперёд острия своих клинков.