Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Боль раскаленными тисками сжала меня, а огонь иссушил легкие, но я сорвалась с места, на бегу продолжая подпитывать молнию. Позволить Андарне уйти – это одно, но потерять ее из-за прикосновения вэйнительницы – совершенно немыслимо.

– Ирид, – с благоговением прошептала Теофания и потянулась к Андарне.

Я преодолела последние разделяющие нас шаги и вонзила кинжал ей прямо в сердце. Огонь пылал во мне, я вот-вот грозила превратиться в уголь, пепел и агонию.

Теофания отшатнулась назад и рассмеялась.

Затем увидела кровь и остолбенела.

– Как?.. – Ее глаза вспыхнули, и в следующий миг темная заклинательница уже рухнула на колени. – Камень не может убить вэйнителя.

– Ты никогда не была просто вэйнителем, – ответила я. – Данн – мстительная богиня, она карает тех верховных жриц, которые отворачиваются от нее.

Теофания открыла было рот, чтобы закричать, но в следующий же миг иссохла.

Я погасила молнию, погрузив нас во тьму, и поддалась огню, сжигающему меня заживо.

«Вайолет», – прошептала Андарна.

И это было последнее, что я услышала.

Глава 65

Тиррендор – нестабильная провинция, но еще более непредсказуемая переменная – ее герцог. Правящие аристократы не просто так не должны носить черное.

Дневник генерала Августина Мельгрена

КСЕЙДЕНОдно дело – позвать, зазвать, призвать меня. Призвать в этот малозаметный, залитый солнцем каньон к югу от Дрейтуса, заставить меня против воли покинуть свой пост, бросить друзей и город, полный мирных жителей. И совсем другое – ранить и заманить в ловушку Сгаэль.

Кровь сочилась между ее чешуйками и стекала по плечу. И вид того, как кровь насквозь пропитывала связывающие ее веревки толщиной с человеческое предплечье, ударил по мне с такой мощью и наполнил силой так, как не смогло бы ничего другое. Я поглотил всю эту силу, затем попробовал зачерпнуть еще, но Сгаэль была истощена. Еще бы, столько сдерживать виверн у стен Дрейтуса."

"Гнев, словно подводный поток, несся прямо подо льдом, на который я выкатился совершенно добровольно.

Он высвобождал мои эмоции, освобождал их от того бремени, которым они были, чтобы я смог стать оружием, в котором нуждалась Сгаэль. Она первой выбрала меня, возвысила меня над всеми остальными, первой увидела все мои отвратительные черты и приняла их.

Все враги в этом проклятом каньоне умрут прежде, чем смогут снять с нее хоть одну чешуйку.

Вайолет освободит Тэйрна. Это был единственный исход, которому я был готов позволить существовать.