Обыск ничего не дал, в том числе в гостинице, а я разыграла роль приезжей кокотки, которая прельстилась греческим профилем Анастасия Челебидаки. Ну понимаете: дамочка приехала на курорт в поисках приключений…
– Но ведь он вас выдал! Как выдал всех остальных.
Продан улыбнулся:
– Анастасий Анатольевич выдал не всех. А лишь тех, кто оказался скомпрометирован найденными у него бумагами. Например, он ни слова не сказал про Стоббе. Его начальника Онессейта назвал, а вице-консула – нет. Хотя мы точно знаем, что Стоббе выше по положению.
И про гауптмана Пфаффеля, который разыгрывает из себя старшину Немецкого клуба, тоже умолчал. Про связника из Варшавы он тем более рассказывать нам ничего не станет. Но мы придумали вот что. Нам повезло. Человеком, которого резидент послал к Татьяне Владимировне договариваться о встрече, случайно оказался Гереке.
– Вот как? – обрадовался Лыков. – Агент Белокурый?
– Он самый. И мы решили для пользы дела им пожертвовать. Признать, что он наш освед. Именно Гереке и заложил – для германцев – связника из Варшавы.
Вчера ваш приятель Черкасов заставил его переписать «шкурку» – агентурную записку. Ту, в которой он сообщил сыскному отделению о визите в гостиницу к приезжей даме. Начальник отделения убедил немца подписаться своей фамилией, а не псевдонимом. Будто бы для получения премии. Недалекий Гереке подписался, взял пятьдесят рублей и ушел довольный. А мы спустя какое-то время доведем эту бумажку до сведения Стоббе. Например, через немецкого агента Гудиму, бывшего надзирателя сыскного отделения.
И предысторию расскажем: как обер-ефрейтора поймали с запрещенными лотерейными билетами и как завербовали. Стоббе теперь временно станет одесским резидентом. Ему докладывать в Берлин, как все случилось. Если сработаем аккуратно, то пройдет. Вина за провал ляжет на агентуру Челебидаки. Они тут нашумели с планами минирования, привлекли внимание контрразведки и Департамента полиции. Про ваше дознание, Алексей Николаевич, и так уже знает весь город… Кроме того, мы дадим Челебидаки послать из тюрьмы начальству покаянную записку.
Как он недоглядел за Гереке и погорел на этом. Так что вы, господа, уедете в столицу, а я еще здесь посижу, замету следы.
– Есть и другие дела, – помолчав, добавил Продан. – Помните четыре листа секретного проекта операции в Дарданеллах, что мы обнаружили в шкафу Двоеглазова? Их подбросили, чтобы скомпрометировать капитана. Ведь кто-то же выкрал их из окружного штаба. Значит, у немцев есть там свои агенты.
