Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Просто не хочу, чтобы ты это делал, думая, что обязан или еще чего… — запинаясь, произнесла она, будто ей тяжело давались эти слова. — Не нужно…

— Это не из-за чувства вины, или долга… Я просто хочу быть здесь, с тобой… Вот и все, — пока я это говорил, мелкая дрожь пробежала от горла к легким, передавая поток вибрации в область сердца. — Нет, конечно, я чувствую вину, куда без этого… Я слишком много в последнее время начудил, что тут скажешь… но здесь я не по этой причине… — я смотрел пристально ей в глаза, не стыдясь своей слабости и буквально выпрашивая взглядом, чтобы она меня не прогоняла.

Мы были так близко и одновременно слишком далеко…

Имею ли я право вообще находиться здесь?

Мне хотелось все исправить, даже не надеясь, что когда-нибудь я заслужу прощение, или чего большее.

О чем я вообще?

Просто вернуть все на свои места, так если бы меня никогда не было бы в ее жизни.

Вот и все.

А еще я так усердно и долго отрицал очевидные вещи. И лишь недавно смог себе во всем признаться.

С первого взгляда, с первой секунды нашей встречи, с того самого нашего столкновения, да, уже тогда я что-то почувствовал к Даше.

Но видимо так испугался этих незнакомых и внезапно нахлынувших чувств, что затеял странную игру, в которой, по итогу, сам и проиграл…

Я стал приходить в больницу каждый день.

Даша не задавала больше никаких вопросов, и даже, кажется, перестала сопротивляться данному факту. Более того, мне казалось, что ей нравится моя компания.

Нет, она не нуждалась во мне, по крайней мере, в физическом плане.

Внимания ей и без того хватало. Уход здесь был на высшем уровне. Специалисты разных профилей ежедневно проделывали много работы, чтобы поставить Дашу на ноги.

Я лишь мог, молча, но с восхищением наблюдать, как она часами проделывала все необходимые упражнения под надзором профессионалов на специальных тренажерах.

Чего тут только не было! Прям, настоящий центр подготовки космонавтов.

Хоть Даша никогда и не жаловалась, но видно было, что ей все это давалось с трудом, и она сильно уставала.

После подобных тренировок спала она, как убитая, а я продолжал оставаться рядом, занимая себя своей работой во время ее перерыва на сон.

Таков был ежедневный ритуал.

Капельницы, уколы, тренировки, с недавних времен даже стали выходить с ней на прогулку, на территорию больничного парка. А еще, совсем забыл, просмотр фильмов, чтение книг, да, этим мы тоже занимались.

Моя жизнь была полностью выстроена под новый ритм: дом-больница-больница-дом.