Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ведь я достаточно выстрадала, достаточно повидала в жизни чтобы наконец то стать счастливой, чтобы знать у нас есть завтра и просыпаясь каждое утро осознавать одно: завтра есть, это было очень важно, знать что день который ты проживаешь имеет продолжения, он не последний, впереди еще будет много таких дней…Что у меня есть он и любимые дети. Что я смогу родить ещё, что у нас есть будущее… Закусила губу. Почему то стало больно, ведь каждый из нас понимал, этого может не быть…

Глава 25

Я лежала на кровати и пила чай, вставать уже было больно и я это понимала что мне даже тяжело ходить, наверное, это было плохо, да что там, наверное, когда точно…

По взгляду Ксюши и и её слишком частом появлении, я понимала, что все гораздо хуже чем я ожидала.

Лёша не шумел, они все окружали меня заботой и любовью и мне было от этого невыносимо больно….

Я отставила чашку в сторону, в голове билась мысль сколько я еще проживу, сколько я еще смогу быть рядом со своими любимыми людьми. Я умираю, я твёрдо это знала.

Это было страшно. Очень страшно что меня скоро не станет, а всё будет, как прежде, жизнь то ведь продолжается.

Это страшно. Особенно когда ты знаешь что умираешь что вот-вот и конец неизбежен. Что скоро ты не увидишь солнце, деревья, что ты не увидишь ничего, пустоту…Что все будут счастливые, жить, дышать, а тебе будет все равно, как дышать, как жить, просто пустота…"

"Я выдохнула и закрыла глаза. Было очень грустно и больно. Все как то несправедливо складывалось, я просто хотела быть счастливой, хотела быть с Геном и своей семьей, подарить ему ребенка и растить своих детей, но у судьбы были свои планы, она решила все за нас.

Просто вырвала кусок из моего сердца показав, как это больно, как это страшно…До безумства осознавать что ты один….Что там дальше пустота и нет ничего.

Я знала, что иногда бывают такие случаи когда не помогают даже деньги, а я столько времени упустила, не лечилась. Не обращалась, семья, дети, дом…Гунченко вкусняшки, а эти вкусняшки были ему не нужны, ему было нужно молодое тело.

Дверь открылась, я открыла глаза. Это был Гена. Он постарел. Очень.

Он был бледен, я видела по нему что что то случилось, скорее всего он уже поговорил с врачом. Гена подошел ко мне и сел рядом. Я видела, как его всего трясло…

Обхватил мои колени, а мне так больно стало…

– Моя девочка, ты как?

– Все хорошо! Что сказал доктор? Что-то совсем плохое?

Он поцеловал мою руку.