Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Пусть муки жрут сразу, потом разберусь как выйти из ситуации.

— От кого?

— Неважно. Главное, что у меня есть где жить. И еще Слава, спасибо тебе за все, но я увольняюсь.

— Не торопись.

Его тон немного меня злит. Откуда командность появляется? Я понимаю, что многим обязана, но решать за себя не позволю. Мне хватило прошлого, чтобы понять как чье-то давление в корне меняет твою волю и жизнь, но теперь же уймитесь все.

— Слав, я же даже не оформлена. О чем речь?

— Скажи к кому ты пойдешь? Почему вдруг так? Что изменилось?

— Что значит к кому, я что собака? И чем тебя задевает мое желание жить свою жизнь так, как хочется?

Воронов сегодня очень странный.

Взбудораженный, непредсказуемый. Есть четкое ощущение того, что он очень устал. Круги под глазами величиной с футбольный мяч. Небритый, небрежно одет. Это далеко не тот Славич, которого я знаю.

— Разве у нас не намечались отношения?

Кисло выражает претензию. Одновременно с кислотой, его потряхивает. Да что с ним случилось?

— Какие отношения, Слав? Был невинный флирт и не более.

— Когда ты успела стать циничной сукой, а? Может зря оставила его фамилию? Нужно было сменить?

Взрывается настолько мощно, что вздрагиваю. Злится, орет как резаный. Сыплет необоснованными претензиями, будто обвиняет. Лицо пятнами идет, руки дрожат. Да его колошматит зверски. Поддавшись искушению, вместе с ним взрываюсь и я.

— Что ты несешь? Что с тобой, Слав? Очнись!

— Дин, ты же понимала, что нравишься мне. Разве не так?

— Я не давала тебе прямых намеков на продолжение чего-то, Слава.

— Косвенных было достаточно.

— Хватит, пожалуйста. Не превращайся в монстра.

— Тебе не привыкать быть рядом с монстром. Или ты как-то по-другому привыкла существовать?

Будто пощечину получаю. Не ожидала, что будет бить в больную точку. Разве так можно? Он всегда был предельно деликатен и осторожен, а тут будто некто им управляет. Эмоции берет мощный верх, остановиться не в силах.

Ссориться нет желания, несмотря на буйность и неоправданную жестокость.

Я не идиотка и реально оцениваю происходящее. Передо мной, мать вашу, не Воронов!

— Я ухожу, Слав, — подхватываю сумку и направляюсь к выходу. — Всего тебе хорошего.

— Нет, ты не пойдешь!

— Ты чеканулся? Да что с тобой!

— Стой, — выхватывает трезвонящий телефон и ошеломленно пялится на дисплей.

— Что тебе? Что тебе еще надо от меня, подлая сука? — плачущий женский голос бьется в мембране и я немею. Так вот в чем дело. Я начинаю понимать. — Не разжалобишь.