Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Халява, почему бы и нет?

Заодно система поднатужилась, крякнула, но привела мои статы к привычному набору характеристик. Оказалось, что у меня семнадцать тысяч не раскиданных единиц параметров. При их распределении и завозилось в душе нечто, похожее на писк мечущегося в кошмарах, впавшего в летаргию хомяка.

В строках параметров не хватало нулей, цифры наползали друг на друга, словно интерфейсы пилили индийские программисты.

Уровень: 3.000+. В боевой трансформации: ??.???+.

Сила: 6.000+

Ловкость: 3.000+

Интеллект: 5.

000+

Дух: 1.500+

Телосложение: 11.000+

Количество жизни: 110.000+

Количество маны: 50.000+

Цифры все время скакали, в зависимости от моего настроения, веры в совершаемое деяние и черт знает чего еще.

Связь в стазисе не работала, но старые сообщения внутреннего чата Пантеона я получил. Бой с наемниками обошелся нам довольно дорого, но слава Творцу - без критичных потерь…

Элкил заброшен рэндомным порталом в какой-то мутный мир. Высшие силы там практически не действуют, боги смешались со смертными и радостно режут друг-друга.

Эдакая древняя Греция, где Высшее существо можно привалить тривиальной бронзовой стрелой в пятку.

Бог Смерти, пытавшийся усидеть на двух стульях и ужом проскользнуть между скрепами клятвы верности Пантеону и своими интересами - получил крепкий откат от Стихии и потерял два десятка уровней. И ведь вроде не предавал - мы же вместе разрабатывали план ловушки! Но то ли я чего-то не знаю, то ли клятва Силой среагировала не на действие , а на намерение …"

"Авосю снова досталось.

Наемники смели его практически сразу, как только обратили внимание на прикрывающего мой рывок напарника. Слишком разные весовые категории…

Спасла Авося специализация - перед боем он обвешался десятками артефактов из нашего арсенала, влил в себя половину трофейных эликсиров и даже помолился статуе богини жизни в Чертогах - авось, что-нибудь да поможет.

Помогла молитва. Привязка к статуе сработала как эвакуатор и в последнее мгновение выдернула верхнюю половину обгоревшей тушки Авося в Чертоги.

Где он сейчас лечился, тренировал очередные ноги и хандрил, тоскуя от собственной никчемности.

Легче всего отделался Дурин. Бившего с далекого холма пулеметчика уничтожили под звон падения девятой гильзы. Просто глянув в его сторону и остановив сердце одной лишь силой внимания . Дурин с перепугу умер, но спустя пару минут вспомнил, что он зомби и сердце у него стучало лишь по моей воле, сугубо для красоты.

Стычка к тому времени закончилась.