Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И ниже, уже от руки, гораздо кривее, с резкими, злыми росчерками: “ Последний переход: 12.02.234! Артефакты разряжены, зелья выдохлись, корица не прет. Пусть сдохнут те, кто лишил нас магии! ”

Надеюсь, это не про меня. И кстати, с моим приходом в мир таки вернулось немного силы.

Под дугой врат, на куске черного базальта - судя по знакомому рисунку рун выломанного из стены Первохрама - приютился мой алтарь. Подпитавшийся энергией перехода он получил заветный статус: “Посещенный богом”.

Невзрачный, крохотный, собранный детскими руками из палочек мелрона, луговых цветов и сбереженных конфетных фантиков - он ярко полыхает силой.

И не покойся мир в стазисе - к халявной энергии мотыльками бы потянулись выжившие волшебные существа.

Да и сами разумные поймали бы экстаз, при виде дрогнувших и поползших вправо полосок маны. Обнуленые и посеревшие века назад, они во многом уравняли игровые классы, превратив магов, хиллеров, самонеров и баферов - в рядовых жителей потерявшего краски мира. Некогда повелевавшие стихиями - они превратились в крестьян, собирателей, крафтеров, рабочих стимпанковских заводов.

Расстроенно покачав головой я протиснулся между ящиками с земным оружием и зашагал к выходу из зала. Прежде чем прыгать назад, на Древо, мне бесконечно хотелось подняться наверх и прогуляться по Друмиру. Я ведь дома, мать его, дома!!!

Однако все оказалось не так радужно. Погруженный в стазис мир сопротивлялся вторжению. Зависшие в воздухе капли воды не уступали в твердости адаманту.

Едва заметные паутинки срезали с костей мясо. Невидимые пылинки рассекали плоть тысячами крохотных лезвий. Будь на моем месте обычный смертный - он бы искалечил себя уже через десяток шагов, а затем бы истек кровью от множества внутренних кровотечений.

Я же шел, шел вперед, сжигаю веру и ежесекундно подлечивая пластуемое тело. На шестидесятом ярусе я увидел хвост длинной колонны, забившую коридор ровными рядами.

Дети ночи… с поднятыми штандартами, оружием в руках и лучшей экипировке, сохраненной для последнего боя.

Они ждали, ждали меня…

Покрытые пылью и паутиной, придавленные стазисом, они застыли угрюмыми статуями. Сжатые в нитку губу, решительные выражения лиц. Ожидающие одной единственной команды: в бой!

Я шел под самой стенкой, щедро черпая веру из накопителя. Сжигая паутину, одним движением руки заряжая сотни накопителей, благословляя и наделяя бафами. Верность требует награды.

Первый ярус я узнал с трудом.