Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тронул новое астральное тело, которое ожидаемо совсем не развито. Даже источника нет. Тогда я просто его создал. Сформировал источник силой своей души из ничего. Крохотный, малоёмкий он запульсировал. Стал мало-помалу вырабатывать магию."

"Повёл первый путь от источника к правой руке, закрепил точку в ладони. То же самое проделал и со вторым — протянул через левую руку. Наконец источник и выходы силы были готовы. Магия хлынула по хрупким каналам. Да, они были ещё слабы, но они есть. Так, одной только силой своей души, я за пару минут сделал то, на что у многих новичков уходит год, а то и два.

Достиг первого ранга «Инициированного» с двумя точками силы.

— Тебе справа или слева перелом оформить? — приближаясь, безэмоционально пробасил Жирный.

— Ну попробуй… — Я расправил плечи и обратил ладони назад, чтобы скрыть своё новое оружие. — Попробуй оформить, — закончил я и наполнил руки магией.

Глава 4

— Как закончишь с этим козлом, присоединяйся, — крикнул Рыжий, когда они вместе с Идиотом потащили Софью за гаражи.

— Мне оставьте! — откликнулся Жирный, приближаясь решительными шагами. — Я быстро. С ним! С ней я хочу долго!

Я же не шевелился. Внимательно смотрел в его маленькие свинячьи глазки. Когда он замахнулся и ударил, я преспокойно ушёл в сторону. Его движения, казалось, стали медленнее.

Раздался грохот, затряслись железные ворота. Жирдяй скривился от боли и вылупился на сломанную кисть. Я тут же схватил его за запястье, и толстяк вскрикнул. А затем и вовсе завыл: его кожа задымилась, зашипела под моей раскалённой ладонью.

Он хотел освободиться, одёрнуть руку, но я не позволил. Взмахнул левой и ударил ребром ладони по предплечью. Магия холода в мгновение ока обморозила его.

Хрупкий лёд раскололся под воздействием жара, и рука треснула, словно хрупкий фарфор, а я продолжал давить, пока окончательно не отломал её.

Жирный взвыл как раненый зверь. Он упал, обхватив культю, и сжался в позу эмбриона. Некоторое время толстяк мычал, пока не набрался смелости проверить обмороженную кость.

Его тело била дрожь. Парень даже сходил под себя то ли от страха, то ли от боли. И всё же он собрался с духом и поднял на меня глаза, полные ужаса.

— Это не вылечить магией, — холодно заметил я. — Как и обещал, твоя рука теперь моя.

И показал ему кисть, обожжённую до костей.

— Прошу… — всхлипнул Жирный, и крупные слёзы побежали из его мелких глазок, смешиваясь со слюной и соплями, — не убивай!

— Вот ещё. Тратить магию на такой ничтожество… — сквозь зубы процедил я.