Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вот Новый год, да? Вроде праздник, да? И каждый год одно и то же! Каждый год, блин! Она мне говорит – пошли к теще! А чего там у тещи на одиннадцатом этаже всю ночь сидеть?! Это ж глаза на лоб полезут! Я ей говорю, поедем к матери, все-таки загород, снежок там, все дела! А она – нет, и все тут!..

– А ты на улицу выходил, Виталь?

– У мамы-то? Да мы с папаней все время на улице! И мангал там, и шашлык-машлык, и…

«О господи».

– Нет, не у мамани, а вчера. Вчера вечером ты на улицу выходил? Уже после того, как вы стали в бильярд играть?

Виталик примолк, вытер лоб и посмотрел вопросительно.

– А чего такое?

– Ничего, – сказал Волков. – Просто, говорят, у Сиротина сигнализация все время срабатывала. Ты не видел, возле его машины никто не крутился?

– Не видел, – погрустнев, ответил Виталик. – Да я и на улицу не выходил. Я выбежал, когда все побежали, это когда он упал уж! Я прям так, как был, и ломанулся! Замерз там, как собака! Наверняка теперь ангина будет.

Вот вы знаете, Павел Николаич, у меня с армии так: чуть что, сразу ангина! Я однажды водки холодной хватил, и сразу ангина! Ну, с водки ни у кого ничего не бывает, а у меня…

– А Рыбалко с Осиповым?

– О них не знаю, Павел Николаич. Осипов точно ангиной никогда не болел, а Леха, тот вообще сосулькой может закусывать, и ничего ему не будет! А у меня…

«О господи».

– Виталь, Рыбалко с Осиповым на улицу не выходили? Вчера вечером?

Виталик опять приостановился и некоторое время соображал.

– Да нет, никто не выходил, чего туда выходить, на улицу-то!.. Курить мы ходили, это точно. Кто это такое придумал, Павел Николаич, что в бильярдной нельзя курить! Это ж тихий ужас, никакого удовольствия от игры не получаешь, точно вам говорю. Вот, к примеру, когда по телевизору показывают, как западные люди в бильярд играют, так они все с сигарами, ну, поголовно то есть!.. А у нас запрещено! Вот кто это придумал, чтобы в бильярдной…

– Пожарная охрана придумала, – перебил Волков, – а курить вы на лестницу ходили?

– А куда еще ходить-то! Не на улицу же! Да мы пару раз всего и вышли, а то так играть неинтересно, когда все время перекуры!

– Все вместе ходили?

Виталик еще немного посоображал.

– Один я ходил, а потом со всеми. А что такое?

– Ты ничего не слышал? Чтобы сигнализация у Сиротина орала?

– Нет, не слышал, Павел Николаич. Говорят, она у него весь день орала, но я не слышал.