Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Послушай, Ватанабэ, что ты думаешь? О нас с Нагасавой?

– В каком смысле, «что думаю»?

– Как нам быть… дальше?

– Что бы я ни сказал, ничего не произойдет, – отхлебнув хорошо охлажденного пива, сказал я.

– Ладно, скажи все, что думаешь.

– На твоем месте я бы с ним расстался. Нашел более здравомыслящего человека и жил бы с ним счастливо. Суди сама: как бы по-хорошему ты к нему ни относилась, разве с этим человеком можно стать счастливой? Он – не из тех, кто счастлив сам и с кем счастливы другие. Рядом с ним только испортишь себе нервы.

На мой взгляд, уже то, что ты с ним целых три года, – само по себе чудо. Конечно, он мне по-своему нравится. Интересный человек со множеством прекрасных черт. Мне далеко до его способностей и сил. Но его суждения о людях и стиль жизни… как бы это сказать… Общаясь с ним, иногда ловишь себя на мысли, что ходишь по кругу. При этом он идет вперед, поднимается наверх, а я… я толкусь на одном месте. В такие минуты становится очень пусто. Ведь у него действительно совсем другая система.

Понимаешь, о чем я?

– Прекрасно понимаю, – сказала Хацуми и достала из холодильника еще одно пиво.

– К тому же, после годичной стажировки он, скорее всего, уедет за границу. Что ты будешь делать? Все это время его ждать? Тем более что он жениться ни на ком не собирается.

– Это я тоже знаю.

– Тогда что я могу тебе сказать… еще?

– Н-да.

Я медленно налил в стакан пива и выпил.

– Пока мы играли на бильярде, я думал. Я рос в семье один. При этом ни разу не грустил, и не хотел братьев и сестер.

Считал, что мне и одному неплохо. Но когда мы с тобой играли, я между делом подумал: хорошо бы иметь такую сестру, как ты. Смышленую и шикарную, которой очень идет платье цвета ночной грусти и золотые серьги, которая хорошо катает шары на бильярде…

Хацуми радостно улыбнулась и посмотрела мне в лицо.

– Как минимум, за последний год я не слышала ничего приятнее.

– Поэтому я и хочу, чтобы ты была счастлива. – Я даже слегка покраснел. – Но вот что странно. Кажется, что человек, вроде тебя, может быть счастлив с кем угодно.

Что тебя тянет к такому, как Нагасава?

– Думаю, так суждено. Я ничего не могу с собой поделать. Говоря словами Нагасавы, «это все на твоей совести – причем тут я?».

– Да, наверное, – согласился я.

– Только, Ватанабэ, не такая я и умная. Скорее – старомодная дуреха. Плевать мне на системы и совесть. Выйти замуж, каждый вечер падать в объятия любимого человека, нарожать ему детей… Только и всего.