Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Джулия лишь кивала, поняв, для чего была та живописная галерея. Ее губы пересохли и едва шевелились:

— А что потом? Марена сказала правду? Она бы утратила красоту?

Фацио опустил голову:

— Теперь не знаю. До моей матери так и было. Может, она сумела дать моему отцу больше, чем давали до нее? Но дурной нрав — не ее вина. Темный дар отца высосал из нее все хорошее. Без остатка. Я не знаю, какой была моя мать прежде. Она даже не была дворянкой — всего лишь дочь деревенской знахарки, кажется, откуда-то с предгорий на севере…

Джулия закаменела:

— Я стану такой же, как ваша мать? — Она помедлила: — Злой и нетерпимой?

Фацио покачал головой:

— Я не знаю.

Но тогда и я стану, как мой отец. Я тоже этого не хочу.

Джулия опустила голову, чувствуя, как с ресниц срываются слезы:

— Значит, со мной у вас просто нет шансов. Мы оба обречены.

Он вновь покачал головой:

— Я не знаю. И не хочу лгать: не знаю. Но брачная магия отозвалась еще до того, как нас связало. Это правда. Может… все это не просто так?

Джулия уже ничего не видела из-за слез, замотала головой:

— Не надо.

Не надо меня успокаивать. Я не требую этого от вас. Вы ни в чем не виноваты. Меня не должно было быть здесь.

Он подошел совсем близко:

— Меня тянет к тебя — это правда. И ты даже не представляешь, как… Только прошу не воображать, что это любовь. Что вы, женщины, обычно там себе воображаете?

Джулия даже утерла слезы:

— Я ничего не воображаю. У меня нет такой привычки. Чтобы любить, человека нужно узнать, так говорят.

А вы меня не знаете.

Но в груди разлился неприятный колкий холодок, и Джулия тут же мысленно отругала себя за эту мимолетную слабость. Она не ждала большего. Ничего не ждала. Она хотела отойти, но Фацио ухватил за руку, тронул подбородок, заставив посмотреть в лицо:

— Нас связала брачная магия — и ничего не изменить. И здесь все не так, как тебе доводилось видеть. Темный дар присвоил тебя. Даже Доротея не может притупить это чувство, она стала почти бесполезна. Ничего не разрушить и не отменить, даже если я захочу.

Единственное, что я еще могу — оттянуть до указанного срока. Но брак состоится. Помешать может лишь чья-то смерть.

Джулия порывисто подняла голову, заглянула, недоумевая, в смуглое лицо:

— Смерть?.. Чья?

Фацио криво усмехнулся, но в глазах мелькнула какая-то необъяснимая сиюминутная тоска:

— Твоя… Или моя. Разницы нет.

Джулия растерянно покачала головой:

— Я не хочу умирать… И вашей смерти тоже не желаю.