К моему счастью целью умерщвлённых и подчинённых разведчиков и охотников был всего лишь я сам, но даже тогда, когда эти существа оказались на расстоянии двух шагов, мои «защитники» не могли их разглядеть. Кажется, вовсе разом отупели и не могли пошевелиться."
"А меч в руках дрожал от предвкушения и направлял меня, легонько, как направляют родители детей, только делающих первые шаги. Декстер, синистр, джамп-вольт и обратный синистр. Кисть начинает гореть от быстрых и сильных движений, от напряжения, что скопилось на кончиках моих пальцев, вцепившихся в рукоять меча.
В голове одна за другой всплывают формулы заклятий, и не оставалось сомнений — именно здесь и сейчас я должен использовать свои силы, иначе не избежать лишних жертв. Левая ладонь погорячела, губы покалывало от слов, что я упорно твердил себе под нос, прикрывая глаза и позволяя ожившему мертвецу подойти ближе. Последнее слово сорвалось с губ, обжигая их, едва не обугливая, обещая оставить кровавую корочку, - настолько я вложился в этот беспощадный удар, не щадя ни бывших Светлых, ни деревья.
Туман шарахнулся прочь от жара, который распространял вокруг себя шар энергии, в мановение ока воспламеняющийся и всё разрастающийся. Кожа на левой руке трескалась от жара и напряжения, но я стойко переносил боль, терпя плату за силу. Мертвецы не торопились приближаться, пытаясь осознать, что происходит, но мы с ними находились в разном течении времени, и я видел самое мельчайшее движение, дышал глубже и уверенней, впитывал в себя магию, для них же всё наверняка произойдёт в несколько секунд, а уж что видят оставшиеся позади — вовсе загадка.
Лопнула кожа, обугливались кости на ладони, уже лицо обдавало нестерпимым жаром, шар разросся до жутких размеров, и я почувствовал — время. Не понял, не вспомнил, не осознал, а именно почувствовал. И направил энергию прочь от себя, позволяя её прогрызать трупы насквозь, охватывать их рыже-алым пламенем, сжирать, ломая тщедушные деревца на своём пути.
Время вновь задышало, двинулось, и я смог выдохнуть горячий воздух, прижал покалеченную магией руку к груди и устало отвернулся от заполыхавших трупов, от нескольких деревьев, которые лениво поедал огонь, разгоняя мрак и отгоняя туман.
Даже пару шагов сделать не удалось, и я устало опустился на колени, против почти забытых слов Эрика воткнув меч в землю, продолжая прижимать к груди ладонь. Под лопнувшей кожей всё ещё бушевала энергия, но я медленно, верно унимал её, отплёвываясь от слизи трупов, кашляя и пытаясь дышать.
