Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Открываю заднюю дверь, заглядываю, обсуждаю маршрут и, приглашаю Новицкую внутрь.

В этот момент из гостиницы выходит Цвет.

— Ирина! — кричит он.

— Садись, — предлагаю ей я.

Но она оборачивается, пытаясь понять, что ему надо, и в это время я замечаю человека невысокого роста, но крепкого и уверенного. Он стоит и холодно смотрит на меня. Нас разделяет не более пятнадцати метров.

Уже ночь, прохожих нет.

У него азиатский разрез глаз и спокойный уверенный взгляд. Лицо холодно и, на нём читается готовность. Он, словно отсчитал какие-то необходимые секунды и теперь не отстанет.

Он медленно поднимает руку… Твою дивизию. Полезай, полезай!

— Ирка, лезь, лезь скорее! — приказываю я.

— Чего? — поворачивает она голову…

— Лезь!

Но лезть уже поздновато. В руке у этого человека пистолет. Он поднимает его… Нужно успеть в самый последний миг… Я тяну дверцу, словно хочу вырвать её и закрыться, как щитом. Сейчас… сейчас… Остаётся совсем мало… меньше секунды… вот он уже нажимает на спуск.

Я готовлюсь сделать рывок в сторону, и уже начинаю, и уже Игорёк бежит к нему стрелка и Пашка хватает меня за ворот… только… только…

— Ирина! — снова восклицает Цвет и звук щелчка раздаётся в тот самый момент, когда он оказывается на линии огня…

22.

Наши бандитские дела

Так… Время, времечко, постой, погоди… Нужна маленькая остановка, стоп-кадр с застывшими фигурами и камерой, медленно пролетающей между этими живыми изваяниями, а потом поднимающейся ввысь и охватывающей сцену целиком. Под звуки тревожного метронома. Так-так-так-так…

Нет, настолько я над временем не властен.

Да, если честно, я вообще не имею над ним никакой власти, хоть и нахожусь сейчас вот здесь, в Москве восемьдесят первого года…

Тем не менее, диспозицию я вижу вполне чётко и будто даже сверху. В мгновения опасности мозг начинает работать на запредельных скоростях. Возможно, у всех происходит то же самое…

Итак, что мы видим.

Новицкая, не испуганная, но удивлённая. Она замирает в чуть согнутом состоянии, начиная садиться в авто. Пашка, тянущий меня за шкирятник и пытающийся прикрыть собой.

Цвет, совершивший подвиг и заслонивший товарища от пули. Пусть не специально, неосознанно, но из песни слова не выкинешь.

Он пойман в движении, нога приподнята, торопится, что-то сказать хочет. Что? На блат-хату девушку пригласить? Нет, ей такого счастья точно не нужно. С этого толку не будет. Ему вроде вообще семью нельзя заводить, как монаху.

В общем, он в движении, торопится к Ирке, хочет сказать что-то важное.