Принадлежать им читать онлайн

И я тоже!

Я, между прочим, скучала!

Я детей оставила с няньками!

И надела красное платье!

И пришла в этот ресторан, хотя не люблю ходить никуда одна! И, наверно, это заведение — единственное в городе, куда я вообще хожу! Пусть раз в полгода, развеяться, но все же…

И так все начиналось, боже…

Какие они были офигенные… Как они танцевали! Мы сто лет не танцевали же! Да, наверно, с того вечера, еще до всего… На мне было бежевое платье, на них — смокинги. И Жнецы по очереди вели меня, передавали один другому. И голова моя дурная летела, кружилась, перед глазами цветные звезды вспыхивали… А потом Серый усмехнулся и сказал, что началась война…

Правда, я этого особо не уловила, но и хорошо.

И вот сегодня… Эти взгляды, эти руки, то, как они вдвоем танцевали. Я чуть не кончила прямо там, на танцполе. Между ними.

К тому же, две недели, боже… Две чертовых недели!!!

Короче говоря, понятно, что я настроилась.

А сейчас — расстроилась!

А расстроенную женщину нельзя удерживать силой! И врать нельзя!

И ласково пытаться снова утащить в марево кайфа — тем более!

Потому что я, конечно, женщина слабая, и утащусь с готовностью, особенно, после двух недель воздержания, но потом возмещу свои потраченные нервы свежей мужской кровушкой!

— Ну, конфетка… — расстроенно басит Черный, — ну, реально, просто удобно получилось, веришь?

— Конечно, верю! — шиплю я, — у вас все удобно! Ни стыда, ни совести! И зачем его сюда приперли? Вы бы еще в дом, где ваши сыновья спят сейчас, притащили постороннего!

— Ты нас как-то совсем уж, конфетка… — расстраивается еще сильнее Черный, а затем, видно, устав меня сдерживать, применяет тяжелую артиллерию, — Серый, скажи ей!

Это, конечно, вариант, учитывая любовь Серого к объяснениям и, отдельно, к диалогам.

Меня как-то очень ловко передают с рук на руки, потому что Серый подошел совсем близко и придерживает теперь за талию очень аккуратно, но крепко.

Мягко прикусывает шею, дышит тяжело. Ох… Тоже… Гад…

А Черный, с удовлетворением посмотрев на то, как брат меня успокаивает, кидает взгляд в темный угол подвала, спускается со ступенек, поднимает рывком сидящего там парня на ноги и отправляет его на стул.

— Чего пялишься? — спрашивает он, — глаза лишние?

Я прихожу в себя, выбираюсь из объятий Серого, поистине змеиных, невероятно одурманивающих, и, чуть покачнувшись на каблуках, тоже иду к пленнику.

Становлюсь напротив, складываю руки на груди и изучаю его.

В молчании.