Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Как смеялись над ней ее двоюродные братья и сестры, когда она попросила рябого Марко научить ее акробатическим трюкам! Но она продолжала упорно выполнять упражнения, которые показал ей Марко. Они издевались над девочкой и за то, что Мара прилагала все усилия, чтобы овладеть языком гаджо. Но она все равно внимательно вслушивалась в говор приходящих к ним в табор людей.

И в этом деле она довольно здорово поднаторела. Ее способности очень скоро оценил дедушка: в таборе, сказал он, нужны люди, говорящие на языке гаджо.

Но особенно славилась Мара унаследованным от матери талантом гадалки, и именно благодаря ему произошла ее помолвка с Ласло.

Вспомнив о Ласло, Мара скорчила мину. Влипла же она в историю с этой помолвкой! Понятно, что Ласло — как бы сильно она ему ни нравилась — никогда бы на ней не женился, если бы не ее талант добывать деньги. Главная ее ошибка состояла в том, что она не скрывала, как здорово умеет гадать. Все знали, сколько она зарабатывает, — Маре очень редко удавалось припрятать денежки.

Разве что одну-две монетки.

Многое изменилось за эти восемь лет, но главное — она стала взрослой. Ей исполнилось пятнадцать, и она считается теперь женщиной. Нельзя сказать, чтобы ее положение в семье заметно улучшилось, но бить ее перестали и оскорбляли уже не так часто, как раньше. Ее вспыльчивый характер внушал уважение двоюродным братьям и сестрам: не каждый решался теперь смеяться над ней, ведь он рисковал попасть ей на язычок или иметь дело с ее острыми коготками.

Но и жесткий характер не уберег ее от признаний Ласло. Он впервые увидел Мару в прошлом году в Цинциннати на поминках у дальних родственников. Ласло был главой семьи Разамона, с которой Калдарешей связывали исключительно брачные узы. Мару сразу же неприятно поразил исходивший от него гадкий запах табака. Но это было не самое страшное — в конце концов, его можно было бы заставить помыться. Весь ужас заключался в том, что он был старше Мары более чем вчетверо. Дедушку же Мары последнее обстоятельство нисколько не заботило.

Главное, Яддо почувствовал: здесь попахивает неплохим выкупом — и был совсем не прочь избавиться таким образом от строптивой внучки.

Мара перевернулась на спину и уставилась в протекавший потолок автобуса, вспоминая, как орал дед, когда она заявила, что сделает, если ее заставят лечь в кровать с этой вонючей жабой. Среди ее угроз фигурировали острый нож и та часть тела, которой, как говорили, Ласло особенно гордился.