На третий год, Квинт Цецилий, мы соединим наши две армии и сокрушим его на реке Таг.
Получив это послание в середине января, Метелл Пий удалился в свой кабинет в доме, который занимал в городе Гиспалис, чтобы прочесть его без помех. Он не засмеялся. Содержание письма было слишком серьезно. Но все-таки великий понтифик кисло улыбнулся, не зная о том, что Сулла как-то раз тоже получил подобное заносчивое письмо, полное ненужных сведений о стране, которую Сулла знал куда лучше Помпея. Боги, Мясничок остался себе верен! И какой покровительственный тон!
Три года прошло с тех пор, как Метелл Пий и его восемь легионов прибыли в Дальнюю Испанию, и все три года Серторий превосходил его в военном искусстве и разгадывал все его планы.
Никто не уважал Квинта Сертория и его легата Луция Гиртулея так, как уважал их Метелл Пий Свиненок. И никто не знал лучше, чем он, как тяжело будет – даже Помпею – победить Сертория и Гиртулея. Что касалось Метелла, трагедия заключалась в том, что Рим не давал ему времени.
Согласно Эзопу, побеждает не торопливый, а упорный. А Метелл Пий как раз и был воплощением такого упорного человека. Он зализывал раны, перестраивал свои силы, чтобы компенсировать потерю одного легиона, и потом скрывался в своей провинции, не провоцируя Сертория. Он действовал очень осторожно. Ибо пока Метелл Пий ждал и собирал данные разведки о передвижении Сертория, он размышлял. Он верил, что Сертория можно побить. Просто он считал, что Сертория нельзя побить обычным способом.
Метелл был убежден: решение проблемы, по крайней мере частичное, заключается в организации более хитрой разведывательной сети, которая не даст Серторию скрыть передвижение его войска. Поначалу кажется, что это трудная задача, поскольку аборигены служили источником информации как для Метелла, так и для Сертория. Но эту задачу можно выполнить! Метелл Пий неспешно придумывал способ.
Теперь в Испанию вступил Помпей, наделенный сенатом (или, точнее, Филиппом) равными полномочиями и уверенный в своих талантах, намного превосходящих таланты Сертория, Гиртулея и Метелла Пия, вместе взятые.
Ну что ж, придется научить Помпея тому, о чем он, как хорошо знал Метелл Пий, и слышать не хотел. Это дело времени и нескольких поражений. О, нет сомнения, что молодой человек храбр, как лев. Но Свиненок знал Сертория еще восемнадцатилетним юношей и понимал, что Серторий тоже храбр, как лев. Что еще важнее, Серторий был военным преемником Гая Мария.
