Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Неужели какая-то глупая леди, стоит всего, что у нас с тобой есть?

Пальцы девушки ловко обхватили ленточку от шнуровки на груди. Тугой узел поддался, шнуровка ослабла, высвобождая грудь.

Я зажмурился от усилившейся боли. Зверю это понравилось. Такой вид: женщина готовая ублажать меня. Он был готов лично вырваться и воспользоваться предложением. Я почувствовал, как ногти удлиняются и выпиваются в руки. Запах усилился, я почувствовал собственную кровь.

Нинель решила проявить свою любовь не вовремя, ее нежные руки снова легли на мою грудь, и в этот раз не было сил на учтивость.

- Не трогай меня! – зарычал. Зверь был сильнее, он требовал власти над телом, и я еле удерживал частичное спокойствие.

Девушка испуганно отскочила.

- Проваливай! – завопила она. – Проваливай вон!

Она начала еще что-то бормотать и сыпать проклятья, когда я вышел наружу. Пытался дышать. Прошел немного, упал на ближайшую стену деревянного дома, опершись о нее руками. Я просто пытался дышать.

Вдох, еще один. На удивление зверь поддался.

Легкие резко перестали гореть. Я смог восстановить контроль над своим телом, но совсем ненадолго.

Власть зверя днем не так велика, но станет гораздо сильнее ночью. Сегодня произойдёт оборот, это неминуемо.

Но, прежде чем это произойдет, я должен был набраться сил и объясниться перед Николь. Ведь я не мог ее бросить, снова.

Глава 43

- Ты сломал замок! – возмутилась я.

- Николь, я боялся, что ты мне не откроешь! – сказал он и сделал шаг навстречу.

Мой кулак врезался Эдварду прямо в нос, это оказалось больнее, чем я себе представляла.

И я поняла, что голыми руками врага не победить. Тем не менее, это принесло мне сущее удовольствие.

- Николь, – удивленно вскрикнул Эдвард, пошатнувшись и вылетев в дверь, вряд ли от удара, скорее от удивления.

Дверь не вовремя закрылась, ударив бывшего жениха прямо в и так разбитый нос. А поле открылась, позволяя мне выйти.

Но я на этом не успокоилась, ведь так вовремя вспомнила, что у меня в руках есть зонтик

Он-то и пошел в ход.

Я с остервенением принялась лупить им Эдварда.

- Николь! – Теперь уже взревел он, оказавшись у входа. Половица под его ногами прогнулась, не треснула, а именно прогнулась, когда он пытался отступить назад. Эдвард кубарем покатился по небольшой лестнице.

- Негодяй! Подлец! Мерзавец! – прокричала я."

"Не припомню, чтобы когда-то испытывала так много неконтролируемого гнева. Да и, честно признаться, я впервые совсем не желала контролировать свои чувства.