Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Грейс внимательно осмотрела рану Вулфрама, которая оказалась поверхностной, никаких серьезных повреждений не было. И даже кровотечение уже остановилось. Вулфрам тихо повизгивал и жался к Грейс. Она обняла его за шею.

– Вот бедняжка, и тебе досталось. Ну ничего, мы все поправим. Не беспокойся. – Грейс утешала не только Вулфрама, но и себя."

"Она наклонила голову и зарылась лицом в грубую собачью шерсть. Нет, она не плакала. Она не будет плакать. Слезы никогда не приносили ей облегчения. Грейс встала на колени прямо на дороге и начала молиться.

Она молилась о Мэтью, о том, чтобы он выжил и дождался ее; молилась о себе, чтобы Господь дал ей силы идти по тому пути, который она для себя выбрала.

Наконец она встала на ноги. Все тело ныло от усталости. Грейс потянулась, распрямила плечи, а потом взяла привязанную к ошейнику Вулфрама веревку. Бросила взгляд в ту сторону, откуда пришла. Она либо освободит Мэтью, либо умрет, пытаясь спасти любимого.

Заскрипела, открываясь, дверь гостиной, и Мэтью очнулся. Было темно – скорее всего уже середина ночи.

– Ну что, нашли Вулфрама? Что с ним? – заговорил Мэтью, увидев дядю.

Он попытался сесть, но тут же почувствовал сопротивление кожаных веревок, впившихся в тело. Мэтью забыл, что был привязан, но вот он уже снова ощутил немоту в руках и ногах, мучительную жажду. Вечером лорд Джон прислал к Мэтью миссис Файли с водой. Эта вода показалась Мэтью самым прекрасным лакомством, которое когда-либо ему доводилось пробовать в жизни. Но с тех пор прошло уже много часов и во рту снова пересохло.

Лорд Джон, не отвечая, отдавал распоряжение людям, которые вместе с ним вошли в комнату и теперь зажигали лампы.

– Развяжите лорда Шина, но будьте готовы в случае чего снова связать.

Когда Мэтью стали развязывать, он намеренно демонстрировал полное равнодушие к происходящему. Но как только его руки выскользнули из веревок, он тут же набросился на одного из слуг лорда Джона.

В нем бушевала ярость, которая требовала немедленного выхода. Разметав слуг, Мэтью двинулся на лорда Джона.

Если он только дотянется до него, то убьет на месте. Его руки все еще ломило, но ненависть придавала сил. Да, он дал обещание Грейс ждать шесть месяцев, но его положение было таково, что мужская гордость и чувство собственного достоинства не позволяли ему вести себя как покорному быку, которого ждал топор мясника.

Он взмахнул кулаком, и лорд Джон в испуге отпрянул назад, но в ту же минуту слуги навалились на Мэтью сзади и заломили ему руки.