Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я вздохнула, засунув воспоминания о прошлой жизни глубоко внутрь, и обратила внимание, что мальчику кашу ещё и сиропом полили. Ага, сладкоежка он у нас! Старик снова скривился, на сей раз видя, как мы вдвоём уплетаем ароматную кашу. Но мужественно молчал до тех пор, пока лакей не склонился ко мне, чтобы узнать, что я буду - чай или же кофе желают госпожа графиня. Я приветливо ответила, что она желает кофе, а молодой человек слева от меня, наверное, будет горячий шоколад.

Дитрих радостно закивал головой. Генерал фыркнул:

- Госпожа графиня! Девчонка из провинции! Вот моя Тильда была настоящей графиней, с манерами...

Ну все! Достаточно он пытался оскорбить меня. И я спокойно ответила, в душе желая свернуть старикашке куриную шею:

- Графиня я по рождению, и вам, господин генерал, хорошо об этом известно. Давайте поговорим про благородство и древность моего рода после завтрака, когда у Дитриха будут занятия.

А потом я хотела бы, чтобы он мне показал окрестности имения.

Генерал что-то злобно пробурчал себе под нос, быть может, желая оспорить моё высказывание, потом громко сказал:

- Раз уж вы решили тут править, то мне не хватает прислуги. Категорически не хватает, госпожа графиня, - последнее старик выкрикнул с некоторым злорадством. - Пришлите ко мне Магду!

Я вспомнила, что девушка отзывалась со страхом о генерале и радушно улыбаясь, ответила:

- Магда моя личная горничная и более никому не служит.

Я так хочу. Да и мне её помощь просто решительно необходима. Возьмите кого-нибудь другого из прислуги!

При этом я мысленно подумала, что этот «кто-то» вряд ли очень образуется моему распоряжению. Но, возможно, я смогла бы чем-то облегчить жизнь бедняги, об этом нужно крепко подумать. Я уже выходила из-за стола, вострый гувернер Дитриха предусмотрительно увел наевшегося мальчика.

Лакей с тележкой тоже стоял у дверей, когда у старика перекосило лицо и послышался грохот. Я обернулась в дверях, а вдруг, чем чёрт не шутит, старику сделалось плохо? Но нет, судя по всему, старику было хорошо. Пущенная твердой рукой чашка с чаем приземлилась точно там, где я сидела ещё пару минут назад. Чашка, конечно же, разбилась.