Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

- Так, почитай, трое суток и были!

Вот это я поспала! Осторожно спросила, где господин граф, надеясь, что Генрих не сердится на меня, не специально ведь я заболела! Магда, бесхитростная душа, тут же выложила:

- Так уехали господин граф! Но нынче, видать, недалеко, до столицы небось. Почитай, все кофры, что мы с мансарды стащили, дома остались! Вернётся видно, скоро, с княгиней Ирмой и наследником. Осенью они завсегда к нам приезжают, полакомиться виноградом да персиками. Старый генерал всегда тот сад на замке держит, только садовник и имеет право зайти туда.

Все для княгини генерал держит, даже маленькому Дитриху не всегда перепадает.

- Генерал - это кто?

- Так это отец графини Тильды, первой жены нашего графа, стало быть. Вообще-то ее Матильдой звали, но она не любила это имя, велела Тильдой звать. Я ее не видала, врать не буду, но вот старые слуги говорят, что личико ей от ангела досталось, да вот только характер наоборот. Могла, и по мордасам надавать, коль не в духе. И не только прислуге. Я, сама-то не знаю, но так говорят.

А люди зря не скажут, сами знаете!

М-да, судя по всему, сплетничать в этом доме тоже любят. Надо держать ухо востро и не давать повода для кривотолков.

Глава 5

Пришедший вскоре доктор крайне деловито и обстоятельно выслушал меня такой смешной деревянной трубочкой прямо через сорочку и наспех накинутый халат, довольно потёр руки и высказался, что слава Господу, воспаления в лёгких удалось избежать – это, конечно, самое главное. А то, что три дня была без сознания - так это переутомление нервическое и мозговая горячка, мол, со всяким может случиться, а тем более, с девушкой тонкой душевной организации.

Эти слова я уже слышала как-то, ещё дома, у нас у соседей умер сын-подросток, от этой самой горячки. (Вероятно, имелся в виду менингит, но у героини наверняка его не было, за три дня не вылечился бы, да и совсем не вылечился, что уж тут скрывать, хе-хе).

Постепенно я выздоравливала, и через три дня я напялила с помощью Магды какое-то платье, которое она сочла утренним и, хотя и на поднимающихся ногах, но добрела утром самостоятельно до утренней столовой.

Ещё из холла услышала скрипучий, старческий голос, распекавший кого-то. Войдя в высокие, белые с позолотой двери, я заметила за нею анфиладу комнат, первой было достаточно большое помещение.

Магда, предупредительно открыв мне двери, предусмотрительно смылась отсюда. «Ага, это жу-жу неспроста!», - успела решить я, пока не увидела ту самую утреннюю столовую.