""На поверхности?""
Трогг кивнул. ""Построено в скале, — сказал он. — Древними народами. Возможно, драгоценность была что-то вроде бога для них, и они приходили туда поклоняться ей"". Он поднял кусок ткани и завернул алмаз. ""Ты знаешь, что такое бог?"" — обратился он к Дуну."
"Дун сказал, что не знает.""Бог — самый могущественный из всех, кто существует. Бог может управлять целым городом или всем миром. У него есть богатства, в том числе и драгоценности. Вот так"". Он усмехнулся. Его подбородок и грудь были выставлены вперед.
""И кого он вам напоминает?""Дун не ответил, но Трогг и не нуждался в этом. Он был совершенно уверен в ответе. Он передал алмаз Йорику. ""Убери его, — сказал он. — А ты, Дуб, не думаю, что ты будешь оставлен один даже на долю секунды. Так что у тебя не будет ни малейшего шанса притронуться к нашему алмазу"".""Я не вор"".-сказал Дун.Трогг повысил голос. ""Ладно! Всем спать. Минни, ты смотришь за костром, первая смена. Спускайся туда"".Минни надела пиджак и торопливо начала спускаться.
""Что значит 'смотреть за костром'?"" — спросил Дун.""Присматривать за огнем, конечно, — резко ответил Трогг. — Так костер не гаснет. Однажды, когда мы сможем доверять тебе, у тебя будет смена, когда ты будешь смотреть за костром"".Канза пошла в одну из спален. Йорик растянулся на кровати в задней комнате, а Скавго лег на кровать недалеко от дивана и подтянул колени к своему подбородку. Дун снял пиджак. Неохотно он расположился на диване и укрылся одеялом, которое пахло плесенью.
""Все улеглись?"" — спросил Трогг.""Да, пап"".-послышался голос Канзы из спальни.— Ага, — отозвался Йорик с другого конца кухни."
"Скавго и Дун ничего не ответили.""Я лишь предупрежу тебя, малыш Дум, — сказал Трогг. — Не пытайся уползти отсюда ночью. Мы услышим, как звенит цепь"". Он забрал свою свечу в другую спальню. Оттуда послышался шорох, скрип и бормотание, а потом свет погас, и комната погрузилась в темноту, черную, как страх и отчаяние, которые Дун чувствовал внутри.
""Сладких снов"".- сказал Трогг.Дун лежал без намека на сон. У него на уме были одни и те же мысли до тех пор, пока он не испугался, что они хотят прожечь дыру ему в голове: Как он мог быть таким глупым, что позволил поймать себя? Почему ему не пришло в голову, что внизу может быть опасно? Случилось бы это, если он был внимательнее? Где была Лина этой ночью? Все ли с ней в порядке? Если нет, то это была его ошибка.
