Кто-то шел из Англии с попутным ветром. Я приказал отвернуть на северо-запад. Пусть думают, что не хотим с ними встречаться. Примерно через час, когда парус исчез за горизонтом, повернули на восток, а потом на юго-восток. Снова увидели этот парус уже с подветренной стороны. Тогда и легли на курс вест-зюйд-вест и пошли на сближение вплотную. Сначала на судне не обращали на нас внимания, наверное, считали попутчиками, но, разглядев необычные паруса, засуетились. Это был двадцати четырех весельный драккар. На корме у него имелась небольшая надстройка.
Мы быстро догоняли судно. Гребут они, как догадываюсь, с утра, устали. Ветер крепчал, что больше помогало нам, чем им. Когда приблизились метров на триста, я приказал немного подвернуть, чтобы в итоге оказаться бортом к борту. Если подходить с кормы, надстройка закроет гребцов."
"На надстройке драккара, огражденной невысоким фальшбортом, появились два человека в железных шлемах и с арбалетами. Привыкшие, что средний лук стреляет метров на сто-сто пятьдесят, чувствовали себя в безопасности.
Но для большого лука триста метров — это рабочая дистанция. Что и подтвердили мои лучники. Каждый арбалетчик получил по стреле и упал. Больше на надстройке никто не появлялся. Мы догнали драккар, убили трех гребцов — и дальше он пошел только под парусом, постепенно поворачиваясь бортом к ветру, потому что и на рулевых веслах никто не работал. Мы подтянули его «кошками» к своему борту. Команда лежала на палубе, не собираясь сопротивляться. Пять моих матросов спустились на драккар, обыскали их, забрав все оружие вплоть до ножей.
Арбалеты оказались примитивными, натягивались двумя руками. Зато шлемы у арбалетчиков были неплохие. Из конуры в надстройке вытащили купца, мужчину лет двадцати трех, пикардийца, одетого в добротное блио из тонкой шерсти. Следом вынесли бочонок, который служил ему сундуком, потому что там лежали счеты с четырьмя проволочными струнами и дюжиной белых костяшек на каждой, рог в медной оправе, маленькая красная шапочка и вырезанный из дерева и покрашенный в черный цвет рыцарь с занесенным для удара мечом.
Так как на самом купце денег не нашли, мои матросы еще раз перерыли конуру и принесли мешочек с почти двумя фунтами серебра. Купец скривился так, будто сейчас заплачет. Но сдержался.
Трюм была забит овечьей шерстью. Перегружали ее вручную. Команда драккара стала в три цепочки, доставая охапки шерсти из трюма и передавая на шхуну, где ее принимали мои матросы и швыряли в трюм.
