Космический рейдер «Нибелунг» читать онлайн

Ведь у королевства нет никаких социальных обязательств, а дворянство тянет службу за собственный счет. Основные траты — флот, ирригация, некоторые гражданские службы, развлечения. Остальное складывается в кубышку на черный день.

— Что ж, черный день наступил, — вздохнул принц. — Но не имея точных свидетельств о судьбе родителей и брата, я пока не имею права распоряжаться всеми средствами.

— Суть в том, что точно такие же кубышки существовали и в остальных королевствах. Короли-основатели вышли из простонародья и знали, что монарху всегда нужно иметь неприкосновенный запас на тот случай если придется драпать.

— Но ведь генерал наверняка наложил лапу на эти средства, — предположил советник Дейч.

— Не все так просто, — сказал Горский. — Физически Кубышка — это нечто вроде виртуального динамического сейфа. Взломать его наверное не составит труда, гораздо труднее будет вычленить нужные динамические форманты из общего хаоса. В этом весь смысл такого хранения.

— Но разве у нас есть члены королевской фамилии Майрхофена? — удивился Ивор.

Благородия посмотрели на него, как на неразумного ребёнка.

— Королевские семьи роднились при каждом браке, — сказал Маскариль.

— Бабка Далия родом с Майрхофена, — произнёс принц. — Думаю нам стоит поговорить с ней. Помимо прочего, старая ведьма может подкинуть пару идей.

Глава двадцать третья. Старые друзья

Ивор в тайне надеялся, что участие в сражении сплотит экипаж. И ошибся. Или скорее оказался прав только наполовину. Часть людей действительно ощущали сопричастность к общему делу, гордились результатом. Братья по оружию держались вместе, даже когда отправлялись в увольнительную.

С другой стороны, бывшие гвардейцы сохранили недовольство, как переводом во флот, так и командованием простолюдина. Повлияла ли одержанная победа на напыщенных аристократов? Ничуть. Народное воодушевление их не захватывало. Возможно они считали, что экзальтированную радость мог проявлять только плебс.

Барон и оба шевалье не то чтобы сильно досаждали Ивору демонстрацией сословных различий, как раньше, но продолжали держать дистанцию.