Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ну а мы по окрестностям прогулялись перед ужином, — усмехнулся Иваныч, — так почем шкуры принимаешь?

— По пятерке за штуку, — ответил кладовщик, — но если сняли аккуратно.

— Проверяй, — Иваныч достал шкуру из своего рюкзака и бросил в лоток под окном. Затем жестом приказал мне снять рюкзак и достал еще две — вторую им добытую и мою.

— Значит так, — пристально рассмотрев принесенные трофеи, заявил кладовщик, — за эти две дам по 5 кредитов, а вот за эту 2, не больше. Уж сильно неаккуратно срезана…

— Ладно, чего уж там, — махнул рукой Иваныч, — перекидывай поровну мне и ему.

Я тут же услышал трель уведомления и развернул интерфейс.

На счет поступило 6 кредитов. Общий счет 2006 кредитов.

— Ну, — сказал Иваныч, обращаясь уже ко мне, — вот и первая получка. Поздравляю.

— Спасибо, — поблагодарил я.

— Чего спасибо? — рассмеялся Иваныч. — Будем отмечать!

Глава 3 Серьезные туристы

«Отмечать», по мнению Иваныча, мы стали весьма своеобразно, во всяком случае, не так, как я ожидал. Празднования по поводу удачного рейда у нас начались прямо здесь, в здании склада, не отходя от окошка.

— Значит так, уважаемый, — заявил Иваныч кладовщику, — нам бы прибарахлиться надо…

— Да не проблема, — радостно прогудел кладовщик, — чего надо?

— Начнем с нормальных рюкзаков. Что есть?

Кладовщик молча ушел куда-то в глубину склада, а затем появился с охапкой вещей в руках. Все вещи, которые он приволок, оказались рюкзаками. Самых разных расцветок, размеров и типов.

Кладовщик вертел их все по очереди в руках, показывая нам, а мы оценивали внешний вид.

Лично мне понравился вполне себе обычный рюкзачок, похожий на те, что на Земле таскают студенты-специалисты, каким до недавнего времени я являлся и сам. Подобный рюкзак мне был привычен и удобен, но Иваныч его забраковал. В результате, взяли мы нечто похожее на туристические экземпляры, литров на 50–60. В них было два больших отделения. Причем одно из них было полностью обшито чем-то наподобие полиэтилена.

Я не обратил внимания на это, а вот Иваныч аж языком прищелкнул.

— То, что надо, — сказал он, — просто песня!

— И что в этом такого хорошего? — спросил я.

— Ты свой старый рюкзак понюхай и посмотри, что в нем после таскания шкур осталось, — предложил он.

Я проверять не стал, сразу догадавшись, о чем говорил напарник. От моего вещмешка воняло так, что самому противно было.

Вот-вот, — ухмыльнулся Иваныч, заметив мою брезгливую гримасу, — а в этих притащил шкуры в город, помыл, высушил и они как новые.