Фрэнк на вершине горы читать онлайн

Джон попросил Джеймса погуглить, и они получили ворох странных рекомендаций: ободрять, обнимать, слушать, любить… Наказания больше не были в моде, выяснил Джон, что бы эти мелкие поганцы не натворили, знай себе повторяй, что ты на их стороне.

Это ставило в тупик. Есть хорошее, за что полагалась конфетка, есть плохое, за что в прежние времена полагалось бранить, а сегодня что?

Мир с каждым днем становился все более странным, и Джон не поспевал за переменами. Еще год назад его это не больно-то волновало, он просто доживал свой век и приглядывал за могилой жены.

А теперь двое мальчишек в доме то и дело порождали новые вопросы, на которые приходилось искать ответы. Чужим советам Джон не слишком доверял, поэтому двигался наугад.

Он выпил чай и отнес кружку на кухню. Артур увлеченно пересыпал рис из одной банки в другую — руками для разнообразия, а Джеймс уткнулся в очередную книжку по ветеринарии. Странное увлечение для восемнадцатилетки.

Неловко потоптавшись возле раковины, Джон сказал:

— Ну так это… Хочешь поговорить о том, почему плакала Одри?

Джеймс мотнул головой, не поднимая глаз от книжки.

Его уши стали чуть розовыми.

Бог мой, подумал Джон испуганно, никак это что-то про всякие глупости вроде секса. Ох нет, пусть Бренда разбирается в таких сложных материях, он обязательно ляпнет какую-нибудь грубость.

— Ладно, — буркнул он, — у меня есть одно дело, пригляди за Артуром.

«Скажи что-то хорошее, — голосом Бренды билось у него в голове, — что-то хорошее, черт тебя подери».

— Хочешь пожарим вечером барбекю в саду? — спросил он, откашлявшись.

— А я после обеда почищу тебе обувь, — ответил Джеймс.

***

Холли рисовал и ужасался одновременно. Его разум порой порождал чудовищные фантазии, и одна из них проявлялась на холсте прямо сейчас.

Он никак не отреагировал на хлопнувшую дверь, погруженный в восхищение собственной гениальностью, но тут хриплый голос произнес над его головой:

— Бог ты мой, жуть-то какая."

"— Привет, Джон, — не поворачиваясь к нему, чуть раздраженно отозвался Холли.

Он терпеть не мог, когда его отвлекали от приступов одержимого вдохновения.

— И зачем ты рисуешь Камилу Фрост, сынок?

От изумления Холли едва не выронил кисть. Зависть в его понимании выглядела зубастым изогнутым цветком с разорванным чревом. Как в этой картине можно было увидеть Камилу, он понятия не имел.

— Да вы знаток искусства, — хмыкнул он и со вздохом прервался, понимая, что его не оставят в покое.