Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Боевые паралитики и нервные агенты смешивались в смертоносный коктейль, который при вдыхании сначала вызывал дезориентацию, затем паралич и только потом — при длительном воздействии — смерть.

Частицы яда вплетались в структуру тумана, становясь его неотъемлемой частью. Прозрачная дымка приобрела едва заметный зеленоватый оттенок, а воздух наполнился лёгким металлическим запахом. Слишком слабым, чтобы его заметил обычный человек, но достаточным, чтобы мои чувствительные паучки могли отслеживать распространение облака.

Концентрация яда постепенно увеличивалась, достигая смертельных значений. Я тщательно контролировал процесс, балансируя на грани между «недостаточно, чтобы подействовать» и «слишком много, чтобы не оставить кого-то в живых». Мне нужно было нейтрализовать большинство джунгаров, но сохранить шамана и, возможно, нескольких одержимых для одной моей задумки.

Ядовитый туман медленно приближался к лагерю, растекаясь по земле и обволакивая всё на своём пути. Ветер, как верный союзник, подхватывал его и нёс прямо к цели.

Я ещё раз проверил насыщенность: что-то погорячился. Людей достаточно много, убить всех не получится, но вот остальное… Добавил ещё яда. Должно сработать. В любом случае это сможет их задержать. Особенно у меня огромные надежды на шамана. Руки чешутся начать работать с ним. А ведь ещё есть кровь Василисы с Тьмой, да и сама мамаша спрятана в пространственном кольце. Да уж… Много дел в этом путешествии у меня запланировано.

Туман окутывал лагерь, становясь всё плотнее.

Первыми его действие почувствовали часовые. Один из них закашлялся, затем потёр глаза, которые начали слезиться. Он попытался предупредить остальных, но голос уже не слушался — горло перехватило спазмом.

Второй часовой держался дольше, но и он вскоре упал на колени, судорожно хватая ртом воздух. Его тело сотрясалось от кашля, лицо покраснело от натуги. Он успел вытащить нож, собираясь подать сигнал тревоги ударами по металлическому щиту, но пальцы разжались, выронив клинок. Мужчина рухнул лицом вниз и больше не двигался.

Яд распространялся дальше, проникая в центр лагеря. Воины, не участвовавшие в ритуале, стали один за другим падать, сражённые невидимым врагом. Кто-то пытался бежать, но ноги не слушались, и они спотыкались, падая в высокую траву. Другие кричали, но крики быстро превращались в хрипы, а затем — в тишину.

Паника распространялась по лагерю вместе с ядовитым туманом. Люди метались, не понимая, что происходит, откуда пришла смерть.