Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Поэтому вы и пришли опять ко мне?

– Да.

Несколько кварталов они проехали молча, потом Мейсон сказал:

– Вы очень расчетливая женщина, Эллен.

– Я не расчетливая, я действую под влиянием обстоятельств. Правда, пытаюсь контролировать свои поступки.

– Я это и имел в виду, – ответил Мейсон. – И самоконтроль у вас отличный.

– Вам это не нравится?

– Не знаю… Но ведь всего несколько минут назад вы были в истерике.

– Я справилась со своей истерикой. А после нервного потрясения чувства обычно притупляются.

– И вы становитесь холодной и равнодушной ко всему?

– Конечно, я сейчас более холодна и равнодушна, чем в тот момент, когда увидела труп.

– Тем не менее, когда был обнаружен труп, вы действовали вопреки своему характеру, – заметил Мейсон. – Я сказал вам, чтобы вы ни к чему не притрагивались, а вы, словно пьяная, начали бродить по комнате, натыкаясь то на одно, то на другое, хватаясь то за шкаф, то за ручку двери, а потом вырвались из рук Деллы и натолкнулись на стену, чтобы и там оставить свои следы… Да, и еще.

Когда я заглядывал в окно, вы встали рядом и тоже оставили свои отпечатки на стекле.

– Ну и что? – удивилась она. – Разве это можно поставить мне в вину?

– Вы везде оставили отпечатки пальцев…

– Мне очень жаль….

– Вы пожалеете еще больше, когда столкнетесь с лейтенантом Трэггом. Он не любит таких трюков. А ведь когда он найдет эти отпечатки, он придет к выводу, что их слишком много. Лейтенант Трэгг – опытный офицер, и ему давно известны такие штучки.

– Он должен понимать, мистер Мейсон, что женщина не бездушная машина. Временами она чересчур логична, а временами непоследовательна.

– Все это понятно, – согласился Мейсон. – Но я уже сделал соответствующие выводы для себя, и мне было бы интересно узнать, придет ли к таким же выводам и лейтенант Трэгг.

– К каким же выводам вы пришли, мистер Мейсон? – поинтересовалась Эллен Эйдер.

– Что вы уже знали о смерти Агнес Берлингтон, когда появились в моей конторе в последний раз!

– Что вы говорите! – воскликнула Эллен Эйдер.

– Никогда за всю свою жизнь я не слышала ничего подобного! Вы обвиняете меня в двуличии и лжи?!

– Я не обвиняю вас ни в чем, – спокойно ответил Мейсон. – Я просто высказал вам свою точку зрения. А сейчас прямо задаю вам вопрос: вы знали о смерти Агнес Берлингтон, когда пришли в мою контору?

– Конечно, нет.

– Я даю вам немного времени подумать, Эллен, – сказал Мейсон.