Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Порядка вокруг было немного, но надо было ее успокоить, это главное.

Она подняла голову:

— Мы где?..

Ясно было, что она еще в шоке, но тут явно разгорался конфликт между Зауром и Демидом, мне пришлось убедиться в правильности своих прогнозов. Они уже готовы были стрелять друг в друга.

— Ты понимаешь, что ты натворил? — в ярости хрипел Демид. — Ты все угробил! Я… не знаю, ты дебил, что ли?!

— Спокойней, Демид, — Заур побледнел, но голос его звучал пугающе ровно. — Это ты… я вижу, ты готов прогибаться под шпану.

Плясать под их дудку. А я нет, и не буду. Если хочешь стрелять, стреляй! Но тут как повезет, — он недвусмысленно качнул рукой с пистолетом. — Я тоже в долгу не останусь.

Выстрел грохнул так внезапно, что я вздрогнул. Лида, наученная опытом — она было начала подниматься — вмиг упала, сцепив руки на затылке.

Мы все в горячке как-то и позабыли про Марка. А он привстав, дотянулся до пистолета левой рукой и открыл огонь."

"Кто знает, в кого он целился, да и вообще думал ли что-либо. Может, просто озверев от боли, шока, злобы, открыл огонь в белый свет, бессильно мстя этому самому свету за свою уродскую жизнь…

Может так, а может, и не так, не знаю.

Но угодил он в Демида. Может, и в него не хотел. Но что сбылось, то сбылось.

Пуля Марка попала Демиду прямо в сердце. Он успел взмахнуть руками и мешком рухнул на пол.

ТТ Заура грохнул двумя выстрелами, замерев на затворной задержке. Марка, привставшего для стрельбы, швырнуло навзничь, он растянулся, разбросав руки в стороны.

И тишина.

Вот тут уже совсем тишина. Я краем уха услыхал шум автомобильного мотора, но он быстро удалялся, через секунду его уже слышно не было.

— Вот так, братва, — сказал Заур.

Это он сказал мне и Танку. Остальные наши были мертвы…

— Стоп, — сказал я. — А где Планшет?

Танк огляделся.

— Хрен его знает, — пожал плечами он. — Свалил, что ли?

Я вдруг понял, что это был за шум мотора. Похоже, понял это и Заур.

— Парни, — быстро заговорил он. — Я… вы простите, что я втянул вас в это дерьмо.

Но это мой принцип, я не прогнусь под Москву. Что со мной будет, мне плевать. Принцип важнее.

Теперь можно было говорить прямо.

— Это ты заказал Михалыча?