Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Э, нет! — именно что возразил Марк. — Погоди, родной, пока со мной побудет. Пока она моя гарантия.

— Тебе недостаточно моего слова?

— Прости брат, словам я не верю, — подтвердил Марк.

Я чуть было не выкрикнул: «Ах, ты!..», но прикусил язык.

Лида взглянула на меня, и я увидал в ее глазах ужас и звериную, нечеловеческую тоску… и вдруг, весь содрогнувшись, решил: а плевать на все, стреляю, и будь что будет!..

Выстрел!

Нет, это не я. Это выстрелил Заур.

Пока шел торг между Демидом и Марком, он незаметно ни для кого смещался влево.

Выгадал таким образом сантиметров двадцать-тридцать, но этого хватило для того, чтобы правая сторона Марка, включая руку с пистолетом, приоткрылась ему из-за Лиды. И он открыл огонь.

Риск? Да, бесспорно. Но он оправдался.

Выкрикнув что-то, Марк рухнул на пол.

— Лида! — надрываясь, заорал я. — Лида, ко мне!

Не знаю, поняла она или инстинкт самосохранения сработал — второе вероятнее — но она бросилась ко мне, через секунду была рядом, и я втолкнул ее в проход между стеллажей:

— На пол! На пол падай!

Она рыбкой нырнула на пол.

Грохот выстрелов точно взорвал полутемное пространство — звуки здесь были немыслимо гулкие.

Позиции сторон были примерно равны, но наших стрелков было больше, то есть огонь был плотнее. Я единственный, кто успел спрятаться за стеллаж, сектор обстрела у меня был так себе, но все же я видел вражеские фигуры и открыл поспешный, вряд ли прицельный огонь из «макара». Потом, вспоминая эти секунды, я не то, что был поражен, а как-то даже интересно было — парадокс Эйнштейна какой-то, время то ли растянулось, то ли заплясало как-то черт знает как, я все стрелял и стрелял из-за стеллажа, точно в магазине «макара» было патронов пятьдесят, а длилось это полчаса.

Ну ладно, не полчаса, минут десять.

Хотя на самом деле это были секунды.

Выстрелы оборвались так же внезапно, как загремели. Раз — и тишина. Ну почти. И это тоже было дико.

Все четверо сочинских лежали на полу. Марк, зажимая ладонью левой руки простреленную правую, рычал сквозь стиснутые зубы.

Трое прочих, похоже, были наповал.

Демид зажимал рукой правый бок. Он был ранен не очень сильно.

— С-сука… — проскрипел он. — Вот тебе и партнер… Заур! Какого хрена ты начал пулять, а?! Ворошиловский стрелок, мать твою!

— Полегче на поворотах, Демид. Ты мою мать не видел, и не надо, — хмуро ответил Заур…

Я отвлекся от их перепалки, наклонившись к девушке:

— Лида! Ты как? Вставай, порядок!..