Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Шам жнаю, — согласился Айк, не выпуская подтаявшую конфетку из зубов, медленно склоняясь ниже, стараясь не разрывать эту дуэль взглядов, пока Рыжик не опомнился, продолжая наглаживать его член, уже просящийся из штанов. Дождался, пока Нэй приоткроет губы, переводя дыхание, и вдруг резко склонился, точно пропихнув конфетку парнишке в рот и тут же накрыл его губы своими губами, чтобы тот не вздумал ее выплюнуть. Нэй отчаянно замычал, попытавшись помотать головой, но Айк снова сжал яйца парня, углубляя поцелуй, и надеясь, что Рыжик не подавится…

Когда сладость шоколада растаяла в их горячих ртах, Айк отстранился и, удовлетворенно взглянув на обиженно облизывающегося Нэйклийанэ, взялся за пояс своих штанов:

— Ладно, заяц, не хочешь нежно, быстро давай разоблачайся и вставай раком, — небрежно бросил Верхний.

— Не называй меня ""зайцем""! — буркнул Нэй, расстегивая штаны.

— Почему? — ехидно прищурился Айк.

— Потому! — не пожелал объяснять Рыжик.

Впрочем, Айкейнури и сам знал — так называет его Шайн.

Тля! Шайн, который сейчас в комнате у Кэйт, и неизвестно, чем они там занимаются.

От острого приступа ревности у парня снова испортилось настроение, и он хмуро взглянул на Рыжика, поняв, что больше с ним миндальничать не будет — выпросил…

* * *А в это время в комнате Кэйт…

Шайн мужественно старался не шевелиться, но Кэйт оказалась жестока в своем гневе. Вместо того, чтобы привязать к специальной скамье, надежно зафиксировав конечности, просто велела встать к столбу и поднять руки, на запястьях щелкнули наручники (хорошо хоть анатомические, с прокладкой из нежной мягкой замши, ведь острые края простых, немного изгибаясь в сторону ладони, уже больно впиявились бы в руки).

Разогрева флоггером не последовало, из чего Шайн сделал неутешительный вывод, что анфаллос и стек-фаллос в программе могут быть предусмотрены, как и было ему обещано, перед тем, как кастрируют совсем.

Единственное, пока еще теплилась слабая надежда, что раз госпожа сразу не позвала лекаря, может быть, все-таки обойдется, и его яйца останутся на месте. Хотя… какая разница, отцом ему все равно вряд ли позволят стать…

Удары следовали друг за другом, один больнее другого. Кэйтайриона секла с явным удовольствием, но делала достаточные рваные паузы между ударами, специально для того, чтобы он не смог соскользнуть в мазотранс, подхватив ритм.