13-й отдел НКВД читать онлайн

Ну, выкручусь когда из этой задницы, а я почему-то был совершенно спокоен и уверен, что в роли жертвы быть мне недолго, все зубы выбью скотине.

— Ты дурака из себя не строй. Где, спрашиваю, моя книга? Тебе придется сказать правду. — Даже голос у Генриха Эдуардовича был отвратительный. С проскакивающими бабскими нотками.

Это начало подбешивать. Неужели нельзя выражаться более конкретно? Или он думает, я способен читать его неадекватные мысли? О какой книге идёт речь? За все время пребывания здесь если я что-то и держал в руках печатного формата, то это только «Демонологию», которую дала Лиза.

Сдается мне, тут вряд ли применимо слово «моя» и уж тем более, за библиотеку чекистов если кто и может лупцевать, то лишь сами чекисты.

— Слушай, ты… — проглотил матерные слова, исключительно потому, что не был уверен, соответствует ли мой богатый арсенал вариантам 1941. — Какая книга? Объясняй нормально.

— Ааааа… Я понял! — Мацкевич захихикал, как первостатейный псих.

Не знаю, что он понял, ибо я пока не понимал вообще ничего и разговор наш однозначно не складывался.

На данный момент видел человека средних лет и среднего же роста, холеного, откормленного, но сто процентов неадекватного. Даже взгляд его не мог остановиться в одной точке ни на мгновенье. Серые, блеклые глаза постоянно перескакивал с одного предмета на другой. Все это ещё дополнялось тихим истеричным смехом. Картина — встреча в психушке. Не иначе. Как-то по-другому, в моем понимании, выглядят злодеи.

Опустил голову и прошёлся взглядом по себе, чтоб оценить сложность ситуации.

Я сидел на стуле (хоть так, а не мордой о пол) со связанными сзади руками, перекинутыми за высокую спинку. А вот ноги — свободны. Это плюс. Хотя, уже имелась возможность убедиться, не смотря на то, что внутри деда — неплохой специалист по контактному бою, тело чужое, а, значит, оно просто банально не знает, как и что делать. Умом я могу понимать хоть миллион раз, как правильно нанести удар, однако, необходимые рефлексы и опыт физически у Иваныча отсутствуют. Засада…

— Я понял… — Мацкевич снова подскочил прямо ко мне, а потом помахал указательным пальцем перед носом. Моим, естественно, носом. В принципе, при такой манере поведения, не удивился, если бы он себе, например, в глаз ткнул. А что? Когда человек шизофреник, вполне может быть и такое. — Ты решил строить из себя дурака. Ладно. Напомню. 1939 год. Лето. Вы с детдомовским отребьем шатались ночью по улицам. Попали на облаву чекистов.