Полная нетерпения осуществить свой план, я немедленно отправляюсь к дверям кабинета, одним ударом кулака выбиваю ее вовнутрь, мчусь к ящику, нахожу там ключ – я так и знала. Я вынимаю оттуда все, что нахожу; там было не меньше трех тысяч луидоров. Набиваю карманы и роюсь в других ящиках; моим глазам предстает весьма дорогая шкатулка, я ее присваиваю; но что я вижу в других ящиках этого замечательного письменного стола!.. Счастливый д'Окур! Как тебе повезло, что твоя неосторожность открылась только мне! Там было все, за что его можно было бы колесовать, господа; это все, что я могу вам сказать.
Не считая ясные и говорящие сами за себя записки, присланные ему от Депре и аббата, в которых писалось о тайных вакханалиях, все в комнате могло служить этим гнусностям… Но я останавливаюсь, границы которые вы мне предписали, мешают мне сказать больше и Ла Дегранж, лучше чем я, объяснит вам все это. Что до меня, то, совершив кражу, я улизнула в тайном страхе перед всеми теми опасностями, которым я, может быть, подвергалась, знаясь с подобными злодеями.
Я приехала в Лондон. Мое пребывание в этом городе, где я жила на самую широкую ногу, не представит вам, господа, ни одно из тех подробностей, которые вас интересуют. Позвольте мне слегка обойти вниманием эту часть событий моей жизни. В Париже я сохранила сношения лишь с Фурнье, и, так как она известила меня обо всем шуме, который поднял финансист после кражи, я решила, наконец, заставить его замолчать и написала ему без лишних слов, что тот, кто нашел деньги, нашел и кое-что другое и что, если он решится продолжать свою тяжбу, я перед тем же судьей выложу то, что было в маленьких ящичках.
Наш герой замолчал. Не прошло и полгода, как распутство всех троих открылось, и они выехали за границу. Не имея более причин для опасений, я возвратилась в Париж. Должна ли я признаться вам, господа, в своей непутевости? Я вернулась туда такой же бедной, как и уезжала когда-то, и была вынуждена снова обратиться к Фурнье.
Мне было всего двадцать три года, приключений мне досталось в избытке. Я намерена пропустить то, что не относятся к нашей теме и обратиться, с вашего любезного согласия, исключительно к тем, и которых вы, господа, я знаю, находите для себя интерес. Через неделю после моего возвращения, в комнату, отведенную для наслаждений, принесли бочку, полную дерьма.
