10 мифов о 1941 годе читать онлайн

В аннотации к этому тому сказано, что публикация документов того времени «важна для установления исторической правды»… Однако для установления правды просто необходимо знать те ключевые документы, о которых я упомянул. Увы, том XXIII заканчивается текстом выступления по радио председателя Совета Народных Комиссаров СССР В.М. Молотова 22 июня 1941 года.

А текста выступления Гитлера — нет! Директиву министра иностранных дел Рейха Риббентропа послув Москве Шуленбургу и меморандум о причинах объявления войны можно отыскать лишь в Интернете (http://publicist.

Лишь в номере 6-м «Военно-исторического журнала» за роковой 1991 год был опубликован текст пространной ноты министерства иностранных дел Германии Советскому правительству от 21 июня 1941 года. Но она почти никогда более не воспроизводилась.

Почему?

Да потому, что там, в полном соответствии с исторической правдой, говорится о том, что, несмотря на лояльные шаги со стороны Германии:

— уступку Литвы в советскую сферу влияния;

— поддержку в вопросе о возврате Бессарабии и включении в состав СССР Северной Буковины (никогда России не принадлежавшей);

— сдержанность при возврате в состав СССР Прибалтики;

— поддержку против финнов во время советско-финской войны,

СССР необоснованно пытался расширить свою активность и влияние на Балканах (что создавало беспокойство Гитлера относительно румынской нефти); совместно с Англией (хотя и без координации с ней) фактически поощрял антигерманский переворот в Югославии и тут же заключил с югославами до удивления ненужный России пакт.

Главное же — СССР фактически давал Англии основания надеяться на некий благоприятный для неё (и неблагоприятный для Рейха) поворот в советско-германских отношениях. А эти надежды поддерживали Англию в её нежелании прекратить войну в Европе почётным для обеих сторон миром.

Вот что поставил нам в вину Гитлер в июне 1941 года. И, как это ни печально, надо признать, что претензии Гитлера к Советскому Союзу были в определённой мере обоснованными… Подчёркиваю — претензии, а не тотспособ, который он избрал 22 июня 1941 года для их удовлетворения.

Конечно, и Сталин обоснованно колебался в оценке подлинных намерений Гитлера и в прочности его — убеждённого антикоммуниста — новой лояльности к Советскому Союзу.