Запрети любить читать онлайн

Я так остолбеневаю от подобного хамства, что замираю с открытым ртом, не зная, что сказать. В итоге выдаю невразумительное:

– Что?"

"– Вы слышали, что я сказал, – отвечает парень так же нахально.

Я только вздергиваю брови и призываю себя к терпению. Грузчики такой народ, что с них взять. Лучше не вступать в дискуссии.

– Отнесите матрас наверх, пожалуйста, – говорю холодно, парень только усмехается, второй, мужик под сорок восточной национальности, молча подхватывает матрас. Нахал подмигивает Танюшке, она теряется на мгновенье, но потом давит расползающуюся улыбку.

– Я покажу куда, – добавляет спешно и первой убегает наверх.

Я только качаю головой. Та была красавица. Ну надо же, высказался. Нет, я не считаю себя покорительницей мужских сердец, но все-таки… Смотрю в зеркало. У меня хорошая фигура, хотя я высокая, и это бывает проблемой для некоторых мужчин.

Волосы красивые: пшеничного цвета, маленький нос, россыпь веснушек по нему и выделяющимся скулам. Губы как губы, глаза как глаза.

Троица спускается вниз, из гостиной проход в небольшую кухню, а оттуда сразу в просторные сени, которые, к сожалению, не отапливаются. Мужчина прощается на ломаном русском и уходит, а Таня говорит:

– Я им предложила чаю попить, тот отказался, а Кирилл согласился.

Так, он уже Кирилл. Перевожу взгляд на парня, он нахально стягивает с себя куртку и шапку, кинув на уголок, садится рядом с одеждой, запуская руку в отросшие темные волосы, откидывает их со лба.

Пространство кухни разделено на две части проходом: с одной стороны стол с диваном-уголком, с другой стойка со шкафчиками, холодильник, плита и небольшой кухонный гарнитур, там сейчас суетится Таня, делая чай. Я стою в проходе в гостиную, сложив на груди руки.

Таня ставит перед парнем чашку с горячим чаем, от которого вверх струится дымок. Открывает пачку печенья. И сама усаживается рядом со своей чашкой, мне не налила. Очень мило.

– Матрас вам значит? – спрашивает парень, продолжая нахально смотреть.

– Да.

– Можете не переживать, он девственно чист, на нем мой младший брат спал. Кровать пришла в негодность, ее выкинули, а с матрасом вот Баженов подсуетился.

Я недоуменно моргаю, хмурясь.