Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Сеть выстроилась более-менее стабильно, насколько это возможно с таким количеством паучков. Я питал их остатками своей энергии. Территория сканирования расширилась, но всё равно оказалась несравнимо меньше прежней. Ама и Лахтины до сих пор не было видно.

Я потратил ещё несколько часов на поиски Па. Когда наконец обнаружил его, сердце сжалось. Паук еле держал свою невидимость. Множество кристаллов на теле были повреждены или полностью разрушены, две из восьми лап оторваны, одна висела безжизненно. Некогда величественное тело паука казалось сломанной игрушкой.

Поморщился от увиденного. Положил руку на израненную тушку, поглаживая уцелевшие кристаллы.

«Благодарю, — сказал я по нашей мысленной связи. — Ты молодец! Теперь отдыхай».

Переместил Па в пространственное кольцо. Выделил ему полкилограмма манапыли, которую недавно получил из песчаных змей. Монстр тут же набросился на угощение, его энергетические каналы жадно впитывали живительную субстанцию.

Поиски тем временем продолжились.

Где же Ам? Такую громадную тушу сложно не заметить. Обошёл все близлежащие строения, куда водяной медведь мог бы спрятаться. В груди неприятно кольнуло от мысли, что его убили. Турки или наши — не имеет значения, результат один.

И тут в голову пришла неожиданная догадка: «Что если?..»

Собрал остатки энергии из источника, отправил их в кристаллы уцелевших паучков, а оттуда — в землю. Несколько минут ничего не происходило. Я уже начал думать, что идея провальная, но вдруг почувствовал лёгкую вибрацию под ногами.

Земля вспучилась, и из неё показалась знакомая морда водяного медведя. Его огромные глаза моргнули, разглядывая меня с интересом.

«Где ты был?» — спросил я, стараясь сдержать гнев.

«Папа, ты жив! — в мысленном голосе Ама звучало неподдельное изумление и радость. — А я думал, всё…»

«Морда чешуйчатая, где, твою мать, ты был?» — повторил я вопрос, проигнорировав его эмоции.

И тут заметил на зубах медведя что-то… странное. Между огромными клыками застряли куски плоти и чешуи характерного зеленоватого оттенка, который я видел только у…

«Я тебя на уху пущу! — выдохнул, сжимая кулаки.

— Какой же ты… Просто нет слов!»

«Ну, папа…» — жалобно протянул водяной медведь в моей голове.

«У тебя десять минут, — процедил я сквозь зубы, чувствуя, как кровь приливает к лицу от ярости. — Притащи мне все шкуры ползунов и песчаных змей, которых ты ещё не успел, собака сутулая, сожрать».

Морда виновато скрылась под землёй.