Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он словно бы танцевал с черенком в руках, рассыпая удары направо и налево, вертелся, крутился и уворачивался от чужого оружия. А затем всё вдруг изменилось. Оставшиеся на ногах или в сёдлах враги вдруг побежали прочь от него и лежащих на земле постанывающих тел. Бурджик, подтянув портки, утёр рукавом нос и крикнул им, чтобы они не возвращались. А потом, повернувшись, увидел новых нарушителей, которые мчались прямо на него. И вот эти уже выглядели настолько странно, что парень откровенно завис, пялясь на приближающееся чудо-юдо, открыв в удивлении рот.

Ну а как ему ещё было реагировать, если всадников на каждом скакуне было по двое, а ехали они на безголовых и безволосых тушах плюющихся демонов? Новый отряд разделился – большая часть его, не останавливаясь, пустилась в погоню за удирающими краснокожими хорфингами, а меньшая остановилась рядом с ним. Только сейчас он понял, что, во-первых, все они девки, а во-вторых, одни из них нормальные, а вот других словно пополам порезали да к плюющимся демонам пришили вместо их головы.

И ведь ничего – живые вроде…

Вперёд выехала одна из всадниц на своём странном скакуне, который вдруг заговорил с ним. Вот только Бурджик не слушал, он словно завороженный смотрел на это странное чудовище, а затем, гыкнув, быстро подошёл и, протянув руку, помял ему грудь.

– Э… сизька… – произнёс он. – Как настоя…

Договорить дурачок не успел. Создание взвизгнуло, лихо развернулось к нему задом и вдруг ударило копытами, попав прямо по голове.

Уже падая и теряя сознание, Валентин вдруг подумал о том, какой же странный всё-таки сон или таки бред ему привиделся! Будто его спасли какие-то похожие на хоббитов существа, которых он вначале принял за детей. Вроде как они его выходили, а затем стали звать его Бурджиком, и с чего это его на такие полонизмы потянуло? Помнилось ещё, что он вроде бы как был дурачком, который батрачил на местного олигарха-хитрована, а ещё в том виденье были эльфийки в латах и почему-то кентавры, одна из которых, с шикарными буферами, вдруг взяла да и лягнула его.

Странно всё это!

Уже затухающим сознанием он услышал тоненький вопль на немного понятном, но совершенно чужом языке: «Нет! Не бейте Бурджика! Он хороший, просто глупый! Он Мануську спас!»

Глава 6

Впервые в жизни я побывал в публичном доме и воспользовался услугами жрицы любви.