Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– И как же такую редкость достать удалось?

– Случайно совсем купил. Не поверишь, где такая вещица могла оказаться. В ломбарде, что на нашей улице. Да ещё цена была крайне доступная. Я как увидел, сразу понял, надо покупать.

– Борис, одолжи, пожалуйста, мне часы. Не волнуйся, я тебе верну вечером. Эксперимент нужно провести.

– Ну если эксперимент, то пожалуйста, – сказал муж Софьи снимая часы с руки.

Иван не откладывая в долгий ящик пошёл в ломбард, где и застал его хозяина. Трегубов забыл, как его зовут, но этот человек в круглых очках с козлиной бородкой держал тут ломбард не первый год.

– Здравствуйте, сударь, – поздоровался Иван. Вы знаете кто я такой?

– Конечно, господин Трегубов, – ответил хозяин ломбарда. Доброго дня и Вам.

– Это хорошо, скажите, пожалуйста, Вы когда – нибудь видели такие часы?

– Да, видел.

– А кто и когда их Вам принёс помните?

– Эти часы хорошо помню, один раз только такие у меня были. А принёс их зимой Димка дворник, сказал нашёл, когда снег убирал.

Якобы всех поспрашивал, но никто не признал за свои.

Иван молча забрал часы и вышел на улицу, он вспомнил, как в то утро шёл по только выпавшему снегу, и на снегу была единственная цепочка следов. Следы дворника, который пришел к их дому. Не было тем утром никакого постороннего в их доме, как рассказал тогда дворник. Такой незнакомец оставил бы две цепочки следов, помимо следов дворника. Вспомнил Иван, и как тогда подумал, что дверь легко запереть снаружи, чтобы казалось, что хозяин сам опустил засов.

Какой же он недотёпа, судебный следователь Иван Трегубов. Всё было у него под носом, а он в Америке за анархистами и шпионами гонялся.

Димку дворника взяли через два часа, ещё через десять минут он признался в убийстве Стрельцова. Падок был Дмитрий на гулящих женщин, а денег в достатке не имел. Заприметил богатого одинокого постояльца и ограбил, попытавшись убийство выдать за пожар.

Завтра в Москву приезжает старший Стрельцов и они условились встретиться с ним для устного отчёта.

Что он скажет на такой поворот в деле? Иван даже не хотел себе это представлять.

Москва, август 1892

На лице Александра Николаевича читалось неподдельное разочарование, не меньшее разочарование слышалось и в его голосе. Трегубову было чрезвычайно стыдно. Они стояли во дворе особняка Юсуповых в Большом Харитоньевском, где должен был состояться первый бал осеннего сезона. Сюда после летнего перерыва съезжалось множество знатных особ.