А теперь я думаю, что лучше им вообще ничего не рассказывать. У отца сердце слабое. Да и мама расстроится сильно. Влад ей понравился. Я не сказала? Он жениться на мне хочет. Говорит, я ему подхожу.
Макс выругался, длинно и витиевато, а Федор тяжко вздохнул.
– Ладно, живи здесь, пока не разберемся, – сказал он Алине. – Отца еще две недели не будет. Его дядя Павел в Карловы Вары увез. Макс, у тебя ничего нет на Влада? Вы же работали вместе.
– У меня есть, – сказала Алина.
Глава 5
Флешка
Мы убежим, всё будет просто,Ночь упадет, небо уронит,И пустота на перекрестках,И пустота нас не догонит!Песня группы «Тату»На самом деле Алина вовсе не была такой уж «сладкой дурой», как думал Влад.
Она хорошо умела изображать все что нужно и когда нужно: надо же было подстраиваться под папочку с мамочкой, вечно воевавшим между собой. Но подстроиться под Влада означало погибнуть, это она хорошо понимала. Первая пощечина ее возмутила, а сцена с удушением изумила: она не могла поверить, что «Славочка» делает это всерьез.
Угроза коллективного изнасилования до смерти напугала Алину, а уж когда Влад избил ее по-настоящему, она поняла, что нужно спасаться. Свадьба, к счастью, отложилась: отец пока не дал согласия, и Алина была страшно ему благодарна, сознавая, что после свадьбы спастись будет уже почти невозможно."
"Поэтому Алина старательно прикидывалась кроткой и запуганной идиоткой – впрочем, прикидываться запуганной и не надо было, потому что она боялась Влада до обморока. А сама внимательно смотрела, слушала, запоминала и продумывала пути побега.
Влад основательно окопался у нее в квартире и довольно скоро перестал соблюдать осторожность – расслабился. Но все-таки забрал у Алины документы и ключи от машины. Мобильник оставил, но Алина уже сообразила, что как раз с его помощью Влад и отслеживает ее перемещения. Ноутбук он тоже проверял. И просто вынимал душу своими расспросами, докапываясь до всех Алининых болячек. До сих пор душа Алины мало кого интересовала – всем вполне хватало роскошного тела, и она иной раз любила пострадать в духе Татьяны Лариной: «Вообрази, я здесь одна, никто меня не понимает…» Влада душа интересовала, но после его инквизиторских допросов Алине становилось физически плохо, словно он выворачивал ее наизнанку.
Даже простой рассказ о походе по магазинам превращался в настоящую пытку, потому что Влад цеплялся к каждому слову, извращая смысл и приписывая Алине то, чего она и не говорила.
