Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Эрнесто честно признавался, что они не рассчитывали на благополучный исход. Просто повезло.

Тони бросила на него гневный взгляд, но стерпела. Ладно уж...

Мужчины - они всегда мужчины, так и тянет их на самопожертвование. Про похищение Эрнесто тоже рассказал. Признался, что дал Освальдо возможность поговорить с Тони. Да, дурак, наверное.

Но когда-то они были друзьями, и Эрнесто считал, что он должен Вальду за сына. Вот и дал ему шанс... идиот! А потом метался по городу, искал, молился...

Признания?

Тут все честно.

Освальдо действительно убил ритану Барбару, хотя и случайно. А на убийство своей супруги он покушался вполне осознанно. Просто не повезло.

Не сложилось.

Где один некромант испортил, другой исправить сможет.

Эрнесто не оправдывался, не настаивал на своей невиновности. Так получилось...

Потом свою лепту внес и тан Кампос.

Да, не знал. Не хотел знать, уж простите, ваше величество. Все же герцог, ваша родня... простите. Где он, а где я?

Если бы я с таким прибыл... да вы б мне в жизни не поверили.

А поймать и показать не получалось... вот, в столице такой бесчинствовал. Отчеты мы, конечно, слали. Но...

Его величество вспомнил. Пожал плечами и решил, что не поверил бы. Действительно, ведь на страшную сказку похоже...

Потом наткнулся взглядом на акулий хвост, и поежился.

Страшная сказка?

Да тут быль куда как страшнее!

Тан Кампос только руками развел. Мол, простите, ваше величество. Да, вот так... неправ - рубите голову. Или с должности снимайте, что хотите делайте.

Я боялся. И кто бы на моем месте не боялся?

Его величество выслушал все версии. Еще раз осмотрел мединцев. И приказал явиться завтра. Для решения.

А пока... пока разместитесь во дворце. Он большой, места много.

***

Сарита уж и не помнила, когда ей было так спокойно.

Она просто... жила! Да, именно это слово.

Не оглядывалась на Освальдо и всю семейку Карраско, не пыталась соответствовать, не беспокоилась о детях - с ними все в порядке, брат Теобальдо сказал, не...

Она жила.

Вставала на рассвете, встречала солнышко, готовила завтрак, гуляла по полям и лесам, возвращалась в Лассара, помогала с кухней, если хотела, сидела в библиотеке, беседовала с братьями.

Монахи оказались отличными собеседниками. Каждый из них забыл больше, чем обычный человек за всю жизнь узнает, и можно было с ними говорить об истории, политике, религии - да обо всем!

Она и разговаривала. И было ей спокойно и уютно. Дни шли, сливаясь в один бесконечно долгий отдых.