Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Да, понимаю, – спокойно ответила она.

Розалинд иронично улыбнулась и продолжила:

– Танхилл думает, что вы сумасшедшая. Что вы не понимаете, что происходит вокруг, и вас надо водить на поводке, как дрессированного зверя. – Она повернулась, взмахнув пышной юбкой, и встала за небольшой диванчик с бархатной обивкой. – Но я так не считаю. – Розалинд приняла изящную позу, оперевшись рукой о каминную полку. Теперь с нее можно было писать парадный портрет. – Мне кажется, вы довольно умная женщина. Идеальная пара для Саймона.

Я права?

Джессика пристально глянула на Розалинд и медленно подняла уголки губ в улыбке.

– Может быть, – ответила она.

Опять воцарилась неловкая тишина. Джессику она, конечно, не тревожила – в ее мире было тихо уже много лет. Но вот Розалинд явно к такому не привыкла. Кровь отлила от ее лица, и Джессика заметила, как она несколько раз сжала пальцы в кулак.

– Что ж, садитесь, – наконец сказала хозяйка, указывая на диван.

Она подошла к столику, накрытому атласной салфеткой, на который служанка поставила расписной чайный сервиз.

Налив две чашки чая, Розалинд подала одну Джессике, а сама с неповторимой грацией села напротив нее в резное кресло времен короля Людовика XIV.

– Представьте, – начала Розалинд, расправляя одной рукой пышные складки платья, – ваш брат считает, что из-за глухоты вы умом не отличаетесь от ребенка. Но когда я увидела вас на балу, то сразу поняла, что Танхилл ошибается. Вы выглядели и вели себя идеально. Впрочем, как и сейчас.

Джессика осторожно держала хрупкую чашку и блюдце в руке.

Когда она ехала к Розалинд, то думала, что ей будет страшно встретиться лицом к лицу с женщиной, которую все считали любовницей Саймона. Удивительно, но ничего подобного Джессика сейчас не чувствовала. Наоборот, ей было жалко Розалинд.

При свете солнца она видела на ее лице первые признаки увядания, которые уже нельзя было скрыть пудрой. Кожу вокруг глаз и рта прорезали тонкие морщины, на висках появились пигментные пятна, овал лица потерял свою четкость.

Эти первые признаки надвигающейся старости, должно быть, ужасно пугали Розалинд. Ведь она добивалась всего в жизни только при помощи своей красоты.

– Колин считает, что Саймон практически похитил вас и насильно женил на себе. Но это не так, да?

– Конечно, – ответила Джессика, продолжая изучать лицо Розалинд.

– Вы его любите?

Этот вопрос застал ее врасплох. Пока Джессика думала, что ей ответить, Розалинд с улыбкой сказала:"

"– Ну конечно, да.