Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Пирс поднялся с кушетки, подождал, пока леди Паркхерст сядет, и опять занял свое место. Настоящий джентльмен, даже в таких совершенно диких обстоятельствах.

– Мы впервые встретились на маскараде, – начала леди Паркхерст. – Думаю, как раз тогда и началось…

Сэр Вернон прервал ее, как всегда слишком общительный:

– Я спортсмен по натуре, и ничего не могу с собой поделать: живу ради охоты, ради погони.

– А я обожаю, когда за мной гоняются.

– Тогда кровь быстрее бежит по жилам.

Его жена на миг прикрыла глаза.

– Поэтому мы… любим ролевые игры. С годами они становились все более замысловатыми. Муж давал мне деньги целыми кошельками. С их помощью я создавала новую личность. Выдумывала новое имя. Покупала новые платья, парики, драгоценности. Даже нанимала слуг. Я присылаю ему шифрованное письмо, в котором сообщаю, когда и где меня найти, а потом…

– А потом вы наслаждаетесь друг другом, – закончил за нее Пирс.

«Спасибо», – мысленно поблагодарила его Шарлотта. Помимо уже сказанного никаких других подробностей ей не хотелось знать.

– Иногда мы превращались в джентльмена и потаскушку, иногда – в путников, случайно оказавшихся на одном постоялом дворе, а иногда – в любовников, которые скрывают свою связь.

– В дворецкого и горничную, – добавила Шарлотта.

– Такое тоже бывало.

– Так это вы принесли поднос с завтраком в мою комнату в то утро, – сообразила Шарлотта. – На вас была форма горничной и парик.

– Да, – призналась леди Паркхерст. – Я так сожалею об аконите, моя дорогая.

То был несчастный случай, и не по моей вине. – Она бросила взгляд на мужа. – Виноват был «дворецкий». Он принял цветок за ирис."

"– Откуда мне было знать, что это разные цветы? И те и другие фиолетовые и красивые.

– Это могло убить ее, Вернон.

– Но ведь не убило. – Хозяин дома показал на Шарлотту. – Посмотри на нее. Она отлично выглядит.

Шарлотта успокаивающе сжала руку Пирса. Того так и подмывало ответить на тираду сэра Вернона.

– Это правда, – сказала она. – Я полностью пришла в себя.

Мне всегда казалось, что был не умысел, а случайность, ошибка.

– Почему вы не сказали мне правду сразу же, в первую ночь? – спросил Пирс сэра Вернона.

– Я бы с радостью это сделал, Гренвилл, но только наедине, подальше от ушей Эдмунда. Но ты так быстро ухватился за вариант с предложением, что у меня просто не оказалось возможности поговорить с тобой. Я подумал, что между вами что-то есть. В конце концов, вы же прятались за шторами вдвоем.