Стоунхендж читать онлайн

Но разве мы уже не ели печеное в углях костра?

— Это другое, — пытался объяснить Томас.

Она снова сделала движение освободить руку, но не слишком настойчивое. Ее глаза встретились с его синими, полыхающими тревогой.

— А... Надо, чтобы чужак в темной хламиде побрызгал на это водой?

— Где его взять, — возразил Томас. — Но если ты будешь есть эту... это, то ты погубить свою душу.

— Душу? А на что она мне?

Томас отшатнулся, но руки не выпустил.

— На что бессмертная душа?.. Да у нас нет ничего, кроме души! Ты погубишь себя навеки!

На него стали обращать внимание.

Велес услышал, подсел к ним ближе.

— Что говоришь? Нельзя есть? Почему?

Томас сказал гордо:

— Я — христианин! И она христианка. Я верую в бога Христа!

Он изготовился к мученической смерти, грохоту, вспышкам молний. Эти мерзкие чудища, сбросив благолепные личины, должны напасть, разорвать...

Велес отхлебнул из братины, пробасил:

— Христа?.. Что-то слышал... Новый бог?

— Новый, — заявил Томас, он дрожал от напряжения. — Самый справедливый и добрый!

Велес похлопал ему по плечу.

— Тогда не оставляй его, коли хороший... А чо? Давай и ему столб поставим среди наших. Хороших надо чтить, понял? У них от этого сил прибывает. Чем больше о боге думаешь, говоришь, идешь его путем, тем он сильнее. А нехороший и без помощи на небеса взберется..."

"Она погубила себя навеки, понял Томас обреченно. Она пьет их зелье, ест их дичь, даже пляшет с ними. А нигде так полно не отдается душа дьяволу, как в бесовских танцах.

А танцы — все бесовские... От них кровь становится горячей даже у него, который только смотрит, а ноги сами дергаются, пытаются идти в богозапретный пляс. Угодные богу танцы только те, когда не касаешься в танце женщины, когда двигаешься плавно и величаво, когда все мысли о высоком, аж скулы воротит от зевоты...

С тоской, понимая, что губит себя навек, он взял кубок с вином, залпом опорожнил. Вино было не лучше, чем сарацинское, но не сказать, что хуже. А мясо было как мясо, какое постоянно ел в походах: грубо спеченное на углях и плоских камнях.

Правда, на редкость сочное, тает во рту.

На миг встретился взглядом с Ярой. Оба, словно испугавшись чего-то, одновременно отвели взгляды.

Он ощутил чье-то присутствие. Резко оглянулся — к нему неслышно подходила, словно плыла, женщина неслыханной красоты. У Томаса перехватило дыхание, а во рту сразу стало сухо и горячо. Дьяволица, но теперь понятно, почему многие славные рыцари отдали душу дьяволу.