Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А когда закончил он сказал: Сержант ты примешь награду. Я догадываюсь что им надо было представить все как подвиг. Оправдать потерю людей. Он сказал: Ты примешь награду а если проболтаешься о том что рассказал мне и это дойдет до меня я тебе хребет переломаю к чертовой матери. Ясно? Пришлось сказать что ясно. Яснее не бывает. Так-то вот.

И теперь ты собираешься рассказать мне что ты сделал.

Да.

Когда стемнело?

Верно. Когда стемнело.

Так что ты сделал?

Сбежал.

Старик задумался. Немного погодя проговорил:

Я считаю что в тот момент это пожалуй было очень неплохое решение.

Да, сказал Белл. Неплохое.

Что случилось бы если бы ты остался?

Немцы подползли бы в темноте и забросали меня гранатами. Или вернулись бы в лес и вызвали артиллерию.

Точно.

Белл сидел скрестив руки на клеенке. Посмотрел на своего дядю. Старик сказал:

Не совсем уверен что ты хочешь услышать от меня.

Я сам не уверен.

Ты бросил своих товарищей?

Да.

У тебя не было выбора.

У меня был выбор. Я мог остаться.

Ты не мог им помочь.

Наверно нет. Я хотел было оттащить пулемет футов на сто и дождаться когда они начнут бросать гранаты. Подойдут поближе. Можно было бы убить еще нескольких. Даже в темноте. Не знаю. Я сидел и смотрел как темнеет. Красивый закат. К тому времени развиднелось. Дождь наконец перестал. То поле было засеяно овсом от которого осталась стерня. Поздняя осень. Я смотрел как темнеет и уже какое-то время не слышал стонов тех кто был под завалом. Возможно они все уже умерли. Но точно я этого не знал. И как только окончательно стемнело я встал и ушел оттуда.

Без оружия без ничего. Не волочь же проклятый пулемет. Голова перестала болеть и я даже немного мог слышать. Дождя не было но я так замерз что зуб на зуб не попадал. Сориентировался по Большой Медведице и пошел на запад просто шел и шел. Мне попались один или два дома, брошенные. В тех местах велись бои и люди просто ушли. Когда рассвело повалился отдохнуть в небольшом леске. Да какое там леске. Все те места были как после пожара. От деревьев одни обгорелые стволы.

На вторую ночь я вышел в расположение американцев ну и всё. Я думал что после стольких лет все забудется. Не знаю почему я так думал. Потом решил попытаться искупить вину и подозреваю что именно это и делал все последние годы.

Они помолчали. Потом старик сказал:

Если начистоту то не вижу за тобой особой вины. Пожалуй тебе бы надо поменьше терзаться."

"Пожалуй. Но присягаешь что в бою жизнь отдашь за товарищей и не знаю почему я этого не сделал.