Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Хотя, пошарив глазами, он все же нашел кое-что, весьма нужное чабанам: электрические батарейки, плиточный чай, табак «мохэ», рулоны фланели, свечи, конские фонари[39], обувь, поясные ножи… В общем-то, немало, пожалуй, побольше, чем в магазинах коммун и уездного города. Покупательная способность народа реально выросла, население увеличилось — кто с этим станет спорить!"

"Продавщице-уйгурке было наверное за тридцать. У мальчугана, стоявшего перед прилавком, она взяла яйцо и взамен отсчитала пяток дешевеньких незавернутых леденцов.

Яйца, похоже, выполняли тут роль расхожей монеты: нужно что-то купить — тащи из дома яички. Мальчик ушел, и Цао Цяньли придвинулся к продавщице, рассматривая ее зеленый с белыми цветочками нейлоновый платок, гораздо более яркий, чем выставленные в магазине товары, — явно нездешняя продукция, должно быть, привезли ей откуда-нибудь из Шанхая или Гуанчжоу.

А под платком — глаз не отвести — изгибались такие черные с прозеленью, подсурьмленные брови, что у Цао Цяньли екнуло сердце — экий неземной «персиковый источник»[40] блаженства! Как же это громоподобные волны политических кампаний не смыли этих бровей? И глаза со смешинкой. И филигранный носик в чуть заметных, смешных морщинках… Да уж не пригрезилась ли ему эта роза ушедших времен…

Через мгновенье он взял себя в руки и принялся расспрашивать продавщицу о продажных и закупочных ценах на яйца.

Тут, он знал, и в самом деле дешевые яйца, на обратном пути надо будет прихватить. Яйца — это пища, это здоровье и благополучие. Так кто хулит низовую работу? Кто хулит его лошадь? Да на том гнедке ты бы взбил все желтки, только так. Цао Цяньли купил на юань леденцов и на юань же табаку «мохэ». Ради этого он и слез тут с коня. Вполне достаточно, чтобы отблагодарить казахов за гостеприимство.

Кто знает, не мелькнуло ли в сознании Цао Цяньли воспоминание о бойкой тяньцзиньской ярмарке или монументальном пекинском универмаге, когда продавщица протянула ему кулечки из старых газет (поразительно: что бы тут ни продавали, чай или гвозди, все кладут не в аккуратный сверток, а в какой-то конус — сверху кругло, книзу остро)? «Нет», — ответил бы Цао Цяньли, отвергая это подозрение.